ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вступительная статья, составление, подготовка текста и примечания Б. Н. ПУТИЛОВА Произведения, собранные в этой книге, принадлежат к одному народно-поэтическому жанру. Выделить основные объединяющие их жанровые признаки очень непросто. Наиболее общие признаки былин: эпический характер, то есть обязательное наличие сюжета, необыкновенные герои (чаще всего богатыри), развернутость, распространенность событийного повествования, следствием которых является значительный объем произведений (иногда — более пятисот стихов); специфический стиль, особая манера построения рассказа, описаний персонажей и т. д. Эти «внешние» признаки органически сочетаются с внутренними качествами жанра — художественным содержанием, отношением к действительности, структурой. Сам термин «былина» — искусственного, книжного происхождения: он был внедрен в литературный обиход в 40-е годы XIX века, по-видимому, в результате неверного истолкования одного места в «Слове о полку Игореве»: «Начати же ся тъи пѣсни по былинамь сего времени, а не по замышленію Бояню!». «Былины» (то есть «были», правдивые истории), по образцу которых автор «Слова» намеревался вести свой рассказ («песнь»), идентифицировались — без всяких на то оснований — с народными эпическими сказаниями. Тем не менее новый термин получил распространение и постепенно утвердился в качестве общепринятого в отечественной и зарубежной науке. В рукописной литературной традиции XVII — начала XIX века произведения типа былин именовались «гисториями» или «повестями» о богатырях, «древними российскими стихотворениями». Критики называли их также «сказками в стихах», «поэмами в сказочном роде», и воспринимались они преимущественно в категориях книжной культуры, получая оценки соответственно тогдашним литературным вкусам и нормам. Настоящее знакомство с был

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Критику этих сопоставлений и выводов см.: Пропп. С. 594).

Да улетел Чурило во чисто поле

. Чурила в данной былине выступает представителем княжеско-боярского Киева, что не вяжется с его характеристикой в былине «Чурила Пленкович». В данном случае выбор Чурилы в качестве соперника Дюка чисто ситуативен.

Иван Гостиный сын.

Соколов — Чичеров. № 270. Зап. от И. Ф. Сидорова, дер. Щанниково (Кенозеро).

Иван Гостиной сын похвастал он добры́м конем

. По логике сюжета более естественно, что конями хвастает и вызов присутствующим бросает князь, а Иван необдуманно принимает вызов (см. вар. I).

Меж обедней, заутренёй благовещенской

. Подобно некоторым другим сюжетам, исполнение богатырского подвига падает на праздник (см. «Илья Муромец и Соловей-разбойник» и «Дюк Степанович»).

Три девяноста

— т. е. три раза по девяносто. В других вар. «заклад» — в соответствии с былинной традицией — подтверждается «порукой» других лиц, причем подчеркивается антагонизм поручителей (Гильфердинг-3. № 307):

По князе-то все поручаются,

По Иване-то никто не поручается, —

Поручилося две голи две кабацкие.

Не тоскуй-ка ты

и т. д. В образе матери Ивана явно проступают черты сказочной или эпической мудрой матери, которой ведом ход событий и которая способна помочь сыну.

Да и рвё он шубы соболиные

. В вар. I этот эпизод изложен по-другому: после всех испытаний Ивана князь намерен захватить коня, когда тот будет в чистом поле. Узнав об этом намерении, конь советует Ивану надеть кунью шубу, и, когда Владимир начинает осматривать в поле коня, тот стаскивает с хозяина шубу и рвет рукав, после чего перепугавшийся князь решительно отказывается от коня.

Дам три погреба да золотой казны

и т. д. Есть вар., где князь отдает Ивану «пол-Киева... полдворца восударского» (Григорьев-1. № 90, 129).

Ставер Годинович.

Гильфердинг-2. № 151. Зап. от А. Е. Чукова, по прозванию Бутылка, дер. Горка, Пудожгорская волость (Повенец).

Приехал ты из зе́мли Ляховицкия

. Принадлежность Ставра и его жены к иноземному миру — эпическая условность. Существенным для сюжета является то, что они живут вне Киева и ведут себя независимо.

Так и то мне, молодцу, не похвальба

и т. д. Ставер хвастает не красотой и молодостью жены, а ее умением обмануть, одурачить князей, бояр, Владимира.

Накрутилася Васильем Никуличем

и т. д. Дальнейшее повествование включает былину о Ставре в обширный круг эпических сюжетов мирового фольклора о женщине-воине, об «испытании пола» и торжестве женской хитрости (см.: Сазонович И. Песни о девушке-воине и былина о Ставре Годиновиче. Варшава, 1886; Веселовский А. Н. Мелкие заметки к былинам // «Журнал Министерства народного просвещения». 1890, № 3. С. 26—35; Путилов. С. 244—250).

Помнишь ли ты, Ставёр, памятуешь ли

и т. д.