ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вступительная статья, составление, подготовка текста и примечания Б. Н. ПУТИЛОВА Произведения, собранные в этой книге, принадлежат к одному народно-поэтическому жанру. Выделить основные объединяющие их жанровые признаки очень непросто. Наиболее общие признаки былин: эпический характер, то есть обязательное наличие сюжета, необыкновенные герои (чаще всего богатыри), развернутость, распространенность событийного повествования, следствием которых является значительный объем произведений (иногда — более пятисот стихов); специфический стиль, особая манера построения рассказа, описаний персонажей и т. д. Эти «внешние» признаки органически сочетаются с внутренними качествами жанра — художественным содержанием, отношением к действительности, структурой. Сам термин «былина» — искусственного, книжного происхождения: он был внедрен в литературный обиход в 40-е годы XIX века, по-видимому, в результате неверного истолкования одного места в «Слове о полку Игореве»: «Начати же ся тъи пѣсни по былинамь сего времени, а не по замышленію Бояню!». «Былины» (то есть «были», правдивые истории), по образцу которых автор «Слова» намеревался вести свой рассказ («песнь»), идентифицировались — без всяких на то оснований — с народными эпическими сказаниями. Тем не менее новый термин получил распространение и постепенно утвердился в качестве общепринятого в отечественной и зарубежной науке. В рукописной литературной традиции XVII — начала XIX века произведения типа былин именовались «гисториями» или «повестями» о богатырях, «древними российскими стихотворениями». Критики называли их также «сказками в стихах», «поэмами в сказочном роде», и воспринимались они преимущественно в категориях книжной культуры, получая оценки соответственно тогдашним литературным вкусам и нормам. Настоящее знакомство с был

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

о них во вступит. статье, с. 34. Во время массовых гонений во второй половине XVII в. часть скоморохов осела на Севере, растворившись среди местного населения. По-видимому, М. Д. Кривополенова унаследовала через ряд поколений частично традиции скоморошьего искусства (ср.: Морозов А. М. Д. Кривополенова и наследие скоморохов // Кривополенова М. Д. Былины, скоморошины, сказки / Редакция, вступит. статья и примеч. А. А. Морозова. Архангельск, 1950. С. 111—134).

Полетели голубята ти стадами

и т. д. Мотив чудесного появления птиц подсказан, возможно, традиционными представлениями о Кузьме и Демьяне как покровителях птиц (Кузминки — «курячий праздник»). Названия птиц — диалектные названия куропаток, рябчиков, разновидностей тетеревов.

Мы пошли на инищоё царство

и т. д. Инищое, видимо, иное, чужое, враждебное. Былина героизирует скоморохов, придавая их искусству большое социальное назначение.

Кузьма с Демьяном

— святые, пользовавшиеся в народной среде особой популярностью: они считались «божьими кузнецами» и покровителями ремесленников; с ними был связан праздник Кузминки, с которого, как считалось, начиналась зима. Чудеса, которые совершают герои, принадлежат одновременно скоморохам (поскольку главное орудие их — музыка) и святым.

Еще красная да тут девица

и т. д. По распространенным в прошлом представлениям, Кузьма и Демьян считались покровителями девушек (Кузминки были также «праздником девиц»).

Читать дальше

Старина о большом быке.

Гильфердинг-3. № 303. Зап. от Е. Я. Завала, село Ошевенск (Кенозеро).

Про быка Рободановского

. По-видимому, имеется в виду известная в русской истории боярская фамилия Ромодановских.

Степи рукой не добыть

— не достать до хребта.

Промежду роги косая сажень

— деталь, напоминающая изображение Идолища (ср. «Илья Муромец и Идолище»).

Афанасий Путятинский

— вероятно, представитель также известной боярской фамилии Путятиных (другая ветвь — Путяты). В завязке сюжета отразились распри в боярской среде, особенно характерные для XVI—XVII вв.: один боярин замышляет увести у другого фантастически крупного быка.

Да как был-то Зеновей-слуга

и т. д. Этот эпизод посвящен описанию похищения быка. Похититель, в прошлом связанный с волжской вольницей, пользуется специально сплетенным из висевшей конопли «вязивцом» (привязью) и уводит быка, надев ему на ноги лапти задом наперед.

Да и тот концом пропадет

и т. д. С этих предупреждающих слов начинаются злоключения участников дележа быка: мясника, кожевника, харчевников, волынщика.

Полтора годы в деле была

и т. д. Речь идет о шкуре, обработка которой не удалась.

Как кожи по рядам провели

и т. д. Здесь и далее в аналогичных эпизодах речь идет о наказании кнутом тех, кто позарился на разные части быка, и о взыскании с них денег за быка.