ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Невольник Сапаргали Мергенов © Сапаргали Мергенов, 2022 ISBN 978-5-0059-0209-2 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero Предисловие. Уважаемый читатель, – я, как и многие писатели, начав свой путь на литературном поприще, не избежал шаблонов присущих деятелям этой профессий и взял себе псевдоним, – Заман, что означает, на арабском языке, – Эпоха. Присвоение себе такого громкого названия, наверное связано с тем, что я собираюсь в основном писать на злобедневные темы того времени и эпохи, свидетелем которых я сам стал начиная с детского возраста. А это, последние (если не считать времени, когда мы в силу возраста не можем понимать, много чего из происходящего, то есть, младенчество и раннее детство), календарные тридцать восемь лет, если вести отсчет с моего десятилетнего возраста. Родивщись в тысячу девятсот семдесят четвертом году, я принадлежу поколению, которое прожило часть своей жизни (детство и юность) при бывшем, канувшим в лета СССР, а остальную часть, проживает в меру благополучно, на создавщейся ее оскалках независимом Казахстане. Наверное многие слышали распростроненную китайскую поговорку с очень мудрыми словами, но по выражению похожую на проклятие: – Я желаю, чтобы ты жил в эпоху перемен….. Ну что ж, наверное мне, как и многим миллионам, кто родился в CCCР и воочию лицезрел его распад, – «повезло», испытать все тяготы и радости той эпохи, что были нам уготованы судьбой….. Как вы понимаете, если не все, то многие произведения вышедшие из под моего пера…., (то есть из под клавиш моего компьютера), будут про события, что имели место в моей родной стране под именем Казахстан, от восьмидесятых годов прошлого века, вплоть до наших дней. Данное повествование под названием «Невольник», основан на многочисленных рассказах очевидцев, и конечно же увиде

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Переделки Илья Николаевич?! – спросил судебный исполнитель, придавая голосу официальный, сухой, властный тон, смотря сверху вниз на хозяина квартиры расположивщегося на нешироком грязном диване, на спинку которого была небрежно откинута, грязное одеяло. Скорее всего, он только что укрывался им, до их появления, не желая покидать ее теплых обьятий. В полумраке плохо освещенной комнаты, сперва постепенно высветился силуэт, а позже проявились все черты лица хозяйна квартиры. Лохматые, обросшие волосы не видевшие долгое время стрижки, двухнедельная щетина, покрывшая густым покровом лица хозяина квартиры, мятая одежда на нем….. Все это, начиная от вида так называемого на языке юристов, – ответчика, обстановки в квартире, до застоявщегося запаха,, говорили молодому чиновнику, что перед ним уставший от жизни неудачник, безнадежно скатившийся вниз по социальной лестнице, в силу различных тяжелых жизненных обстоятельств.

Читать дальше

– Да. Он самый- ответил слабым грудным голосом Переделкин, смотря на судебного исполнителя исподлобья, указав ему кивком подбородка на табуретку, приглашая его тем самымприсесть.

– Судебный исполнитель Касымов – представился небрежным тоном молодой человек, осматриваясь в полумраке комнаты по сторонам.

Нехотя сел. Но, перед этим пристально всмотрелсяна поверхность предложенной табуретки, не желая, чтобы грязьзамарала его чистую одежду. Должнику на подпись надо было предъявить некоторые документы, предварительно заполнив их. А сделать это стоя не получилось бы. Поэтому, ему пришлось принять предложение хозяина и облюбовать эту табуретку. Перед диваном, где расселся хозяйн квартиры, в полшага от него, почти в середине комнаты, расположился низкий журнальный столик, прямоугольной формы, обставленный по сторонам увесистыми крепкими табуретками, который когда-то в прошлом, в хорошие и добрые времена для хозяев, былкрасивым предметом интерьера. На котором, скорее всего когда то, стояла красивая ваза или хрустальная пепельница, быть может, лежали стопкой журналы и газеты. А теперь….Пустые бутылки из под водки, вперемешку с разноцветными жестяным банками и стеклянными бутылками из под пива, облюбовали безвылазно ее некогда красивую глянцевую поверхность. Теснящиеся среди гор бутылок пепельница, которой служила такая же консервная банка, что и под горящей свечой, была заполнена горой окурков, выкуренных вплоть до фильтров. Местами на столе виднелисьзачерствевшие, засохшие и от того скрученные и одеревеневшие куски хлеба, пришедшие в непригодность для употребления.

– Так на водку деньги есть, а на тепло и электричество нет – произнес поучительно гость, смотря на остатки былого бурного продолжительного застолья.

– Так это не мои деньги.