ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Беглецы Федор Волков – Мама Джара, тебе обязательно уходить? Смуглый мальчик с трудом сдерживал слезы. Ему очень не хотелось, чтобы мама уходила. Он забрался на кровать, где под двумя одеялами лежала пожилая женщина. – Да, Сатри, обязательно. Это для того, чтобы исправить ошибки, которые я совершила очень давно… Но с тобой все будет хорошо, не плач Сатри. Наши Благодетели позаботятся о тебе. А пока – принеси мне воды. Мальчик убежал во двор, к колодцу, откуда донёсся скрип ворота. Странная тень, все это время терпеливо ожидавшая в углу, обрела форму и вышла к свету свечей. Долговязый темнокожий мужчина в диковинном костюме и цилиндре, из-под которого виднелись черные пряди, улыбнулся, показав идеальные белые зубы. – Время пришло, мама. Голос незнакомца был бархатным и вкрадчивым, звуча, казалось, отовсюду. Трость с набалдашником в виде удлинённого черепа, которую он держал в руке, извивалась, словно змея. Или это игра теней?.. Однако мама Джара не видела всего этого. Она смотрела только на незнакомца. – Как я рада вас видеть, мой благодетель! – Прошептала она. Силы покидали пожилую женщину с каждой секундой. – Пожалуйста, обещайте, что вы позаботитесь о Сатри! Я не могу оставить его одного в этом мире… – Конечно, мама. Для вас – все что угодно. Но сначала… – Да, я помню, пророчество. Что я должна сказать? – Вот эти слова. Просто прочтите их, – вкрадчиво сказал мужчина, достав из воздуха листок. – Здесь немного, вы справитесь. После этого мир простит вам все, а Сатри… Незнакомец остановился. Казалось, он прислушивается к чему-то беззвучному, и это что-то его очень сильно удивило. – Мне надо бежать, мама Джара, это очень срочно. Читайте вслух это, и ваш грех простится вам. А я позабочусь о Сатри. Последние слова он произнес, уже наполовину растворившись в воздухе. Спустя

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Разбой, война, пиратство! Романтика… только романтикой на Внешних островах даже и не пахло. Спокойная жизнь, знай, собирай кокосы на продажу да разводи чертовых волосатых року-року, воняющих дерьмом и солью.

– Шакрон, занят?

Корба отвлек тигра от воспоминаний, бесцеременно ввалившись в каюту капитана. Такта орка хватило только на вопрос, не ожидая ответа, синекожий развалился на втором кресле, украденном, кажется, у богатенького торговца мебелью.

– Вспоминаю, как оно было раньше.

– Эт хорошее дело, – хрюкнул орк. Дотянувшись до бутыли, стоящей под столом, он задумчиво поболтал ей в воздухе. – Накатим за былое?

Следующие несколько часов двое по очереди хлебали что-то очень крепкое, имеющее приятный вкус и запах, но не имеющее названия. Технократы, производившие… это пойло, называли его «тскипракч». Корба предпочитал просто «бормотуха».

Читать дальше

– А помнишь, как к нам завалился? Да с толпой своих голодранцев?

– Это были мои соплеменники! Бойцы! Тигры!

– Да хера лысого они бойцы. Я вообще не понимаю, как ты три года с ними чет мог грабить. Беспомощные, как котята…

– Это не мы были плохими, это ваша деревня оказалась гребанной крепостью!

– Как раз от таких, как вы! – заржал Корба. – А то как же: к нам плывет Шакрон, гроза Внешних островов! Воняет дерьмом, дерется кокосами!

– Ты это услыхал до или после того, как трахнул любимую жену хана? А то ведь тебя в той резне не было…

– Ты меня просто не заметил, потому что тебе глаз выкололи, – орк веселился во всю. – Ну, или потому что в отключке был. Я ж тебя спас, жизнь твою никчемную сохранил, а ты такие грубости мне…

– Обобрать ты меня хотел, синий черт, – хмыкнул Шакрон. – Из деревни тебя выгнали, а жрать, небось, хотелось, да не корешки, а чего получше, а?

Приняв вид обиженного благородства, Корба надулся.

– А ты и полежать нормально не смог, а? Сразу когтями в лицо вцепился.

– Так мне извиниться, что ли, за то, что не дал себя обобрать?

– Ну да…

– Пошел ты, – в голове уже шумело, вторя волнам снаружи. Скрип такелажа убаюкивал, также, как и беседа со старым другом. – Кто тебя потом с того острова вытащил? А?

Корба что-то невразумительно буркнул.

– А потом, когда ты перед Сарахой подставился? Кто тебя спас?

– Пошел ты, – вяло махнул рукой орк, сбив со стола ворох карт и письменных принадлежностей. – Так мы с тобой и кружимся, спиной друг к другу не поворачиваемся. Сначала разбой, потом – контрабанда. Теперь, видишь, докатились. Рабы, значит.

– Лучшая дружба – это дружба с осторожностью, – глубокомысленно икнул тигр. Язык ворочался с трудом, бормотуха технократов свое дело делала хорошо. – от Коколь-Итцлы до Тлапололько наши имена теперь – легенда.