Обычно никто не удивляется моим исчезновениям.
– И часто ты так делаешь? – И тут же предупреждая её ответ, в один голос: – Частенько.
Рэд рассмеялась:
– Я становлюсь предсказуемой.
– Вот уж об этом тебе не стоит волноваться. Подай приправы.
Остаток вечера и ужин прошли в спокойной дружелюбной атмосфере. Каждый раз, когда играла новая мелодия, Рэд рассказывала необычные факты об её возникновении или вспоминала, где и когда та играла, в каких фильмах или сериалах. Сонни искренне был поражён такой точности, невероятная память, о чём и поспешил высказаться. Она только отмахнулась, мол, нет никакого в этом секрета: когда действительно чем-то увлекаешься, несложно и запомнить детали.
Сонни поделился идеей насчёт собаки, встретив неожиданно радостную поддержку. Правда, признался, что он не знает какую выбрать породу. Тут Рэд предложила съездить с ним, причём сама, даже уговаривать или, как она часто любит делать, ставить перед фактом не пришлось. Покончив с ужином и убрав со стола, они поднялись на второй этаж, где находилась спальня, гостевая, рабочий кабинет Мэта и библиотека.
Рэд прошла вдоль шкафа во всю стену, проводя кончиками пальцев по книжным корешкам, вздохнула восхищённо. Сонни зажёг напольную лампу в углу – единственный, кроме искусственного камина, источник света в помещении. Подумав, он включил и камин.
– Политика, искусство, классические произведения – неплохо, но чего-то не хватает, – задумчиво проговорила Рэд.
– Чего же?
– Не знаю. – Она поджала губы. – Души? Чего-то для души… – Пальцы замерли у одной из полок, резко перехватили какую-то книгу, вытаскивая.
Сонни уже знал, что именно привлекло её внимание: тонкая, почти незаметная среди других томов, книжка. Он выкупил её на аукционе, когда получил свой первый гонорар.
– Самоанское издание, – с придыханием Рэд провела ладонью по обложке. – Одно из первых. Потрясающе… – И добавила совсем тихо: – А вот и душа.
– Ты – поклонница Стивенсона?
– Шутишь? – Наконец Рэд оторвалась от книжки, поднимая на него взгляд. – Я росла на его историях.
– Я тоже. – Сонни улыбнулся. Это была чистейшая правда. Роберт Льюис Стивенсон – один из первых авторов, которых ему довелось прочесть. Его миры увлекали, и, порой, как это часто бывает у детей, Сонни представлял, что сам проживает эти приключения вместе с героями.
– Эта – моя любимая повесть.
– Почему? – Он решил промолчать, что «Сатанинская бутылка» тоже является его любимым произведением у этого автора.
– Из-за логического парадокса, конечно же.
Рэд прошла мимо Сонни, усаживаясь на диван возле торшера, подогнула под себя ноги, уместив книгу корешком на коленях, и раскрыла её на первой странице.






