ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Химера Вадим Кучеренко Любой аэропорт напоминает библейский ковчег до и после Всемирного потопа, когда в него входили и выходили отобранные праведником Ноем земные твари. Несомненно, и в том, и в другом случае они спешили, подгоняемые страхом или надеждой. Столпотворение, неразбериха, шум, гам… Но если аэропорт – это Ноев ковчег, то пассажиров можно сравнить со стаей саранчи, движение которой зависит только от направления и скорости ветра. Они представляют все расы и национальности, населяющие современный мир. И далеко не все из них люди. Многие духи природы, населяющие Землю миллиарды лет, в ХХI веке предпочитают путешествовать самолетами, пренебрегая левитацией, телепортацией и прочими свойственными им от рождения магическими способностями. Времена пеших пилигримов давно миновали и забыты даже самими духами. В один из сентябрьских дней в аэропорту Шереметьево-2 можно было увидеть мужчину лет сорока пяти-пятидесяти на вид, среднего роста, красивого и поджарого, как породистая скаковая лошадь, который настороженными, и в то же время как будто невидящими глазами всматривался в окружающую его толпу. Он крепко держал за руку худенького, светловолосого мальчишку с ясными голубыми глазенками и смышленым личиком, на котором эмоции стремительно сменяли друг друга. И только выражение глаз мальчика оставалось неизменным. Словно они знали нечто такое, что было недоступно пониманию окружающих его в аэропорту людей, а, быть может, и всех обитателей Земли. Это были Федор Иванович Борисов, по паспорту – коренной житель Москвы и, по меньшей мере, на пару сотен лет моложе своего настоящего возраста. Мальчику уже исполнилось восемь лет. В свидетельстве о рождении было записано, что его зовут Альфред Иванович Борисов, и указан его истинный возраст. Но это по документам, без которых не м

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Незнакомка опять неверно поняла ее и, несмотря на владевшее ею состояние отрешенности, смешалась.

– Простите меня, – сказала она. – Я понимаю, что только вежливость не позволяет вам…

Она не договорила, обреченно махнула рукой, повернулась и пошла прочь. Она шла в толпе пассажиров, опустив голову, ничего и никого не видя перед собой, ее толкали, но она даже не замечала этого.

– Дед, что с тобой? – Альф потянул его за рукав. – Да очнись же!

Но Фергюс не отвечал. Он крепко сжал руку внука и пошел вслед за незнакомкой. Его вело предчувствие, что сейчас должно случиться что-то плохое. И он собирался помешать этому. Он не сумел уберечь Арлайн. Но эту женщину спасет. Это решение, которое он принял почти неосознанно, продиктовал не его разум. А нечто, что было сильнее разума, властью которого над своими чувствами он всегда так гордился.

– Дед, ты куда? – спросил Альф.

Но голос внука прозвучал приглушенно, как будто издалека, и Фергюс его не расслышал. Он вслушивался только в мысли женщины, которая шла перед ними шагах в десяти. И это были такие мысли, которые он не хотел бы никогда слышать, тяжелые, гнетущие, мрачные.

Но Фергюса ждало еще одно испытание.

Неожиданно, метрах в пятидесяти, он увидел Алву. И если белокурая незнакомка удалялась, то эльфийка шла навстречу ему. Все такая же белокожая, рыжеволосая и длинноногая, какой он ее помнил. И с еще более роскошными, чем прежде, бедрами, которыми она сильно виляла, привлекая к себе восхищенные взоры мужчин. Позади Алвы шел носильщик, который с трудом двигал тележку, с верхом груженную чемоданами, несомненно, принадлежавшими ей. Алва часто оглядывалась на него, словно опасаясь, что он может скрыться с ее вещами, и жестами и короткими словами подгоняла его. Только поэтому она не замечала Фергюса.

Незнакомка и Алва неумолимо сближались. И если бы Фергюс продолжал идти за женщиной, то обязательно столкнулся бы с эльфийкой. А это могло принести ему большие неприятности в будущем. Алва непременно рассказала бы об этой встрече в московском аэропорту своему мужу, премьер-министру Эльфландии и члену Совета ХIII Лахлану. А тот сообщит главе Совета эльбсту Роналду. Последствия были непредсказуемы. Вернее, предсказуемо плохими для него, Фергюса, и его внука Альфа.

Поэтому Фергюс остановился. Замер в растерянности, словно споткнулся, размышляя, как ему поступить в такой ситуации. И, отвлекшись на мгновение от незнакомки, он упустил тот момент, когда она неожиданно шагнула с тротуара на проезжую часть, под колеса огромного автобуса с темными провалами тонированных стекол. Автобус приближался слишком быстро, чтобы успеть затормозить.