ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Химера Александр Кушаков Иллюстрация на обложке © Александр Кушаков, 2020 ISBN 978-5-4490-2211-0 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero 1986, май За окном опустился вечер. Мальчик сидел в полутёмной комнате на софе, забравшись на неё с ногами, и, вытянув шею, чутко прислушивался к происходящему на кухне. Совсем недавно ему исполнилось шесть лет, но детским своим разумением он уже отчётливо понимал, что в их семье с недавних пор творится что-то неладное, нехорошее. Он вспомнил, как пару дней назад мама, разговаривая с приятельницей по телефону, в какой-то момент сказала вдруг с надрывом: – Сиротин мой после Мурманска как с цепи сорвался, вторую неделю жрёт без передыху… иной раз думаю, не вызывать ли врачей, до белой горячки ведь дело дойдёт… я, дура, и не подозревала, что он все эти годы просто на замке сидел, за глотку себя держал, а как до приличных денег дорвался – всё, покатился с откоса, в доме каждый вечер ад кромешный… В кухне звонко брякнула об пол кастрюлька, и мальчик испуганно вздрогнул. Нет, кажется, отец просто смахнул её с плиты неверным движением. Затем послышался звук рухнувшего на пол тела. – Эх, Сиротин, свинья ты свиньёй… – в голосе мамы проступало уже не увещевание, а лишь безмерная усталость, – ну что, так и будешь на полу валяться или всё-таки попробуем поговорить? – П-г-в-рим… Мне снизу лучше слышно, – сообщил отец самодовольно. Да, этот незнакомый неприятный дядька, как ни странно, был его отец, его когда-то горячо любимый папанька. Кажется, ещё совсем недавно они ездили каждую неделю на Протву, и набирали, морща носы, опарышей на заброшенном свинарнике, а потом маленький Славчик, прыгая от нетерпения, тянулся к отцовской удочке – дай, дай я сам! – и тащил из реки, визжа от восторга, трепыхающуюся блестящую плотвичку.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Как же тебя, курицу старую, угораздило? Какая там студентка! Обычная воровка-дальнобойщица, уж сколько таких навидались. Одно странно – почему сдачу оставила? Небось, пирожки твои понравились. Короче, так: по вокзалу бегать бесполезно, её уж и след простыл. Если своих денег нет – лети по вагонам, девкам в ноги падай, но чтобы через пять минут постельные в целости были, пока Кныш не явился. Он нас за недостачу наизнанку вывернет, ты его знаешь.

Васильевна глянула вдоль перрона: где там – на параллельный путь прибыл очередной состав, и попавшая под подозрение девчонка – умница и образец добродетели – безвозвратно затерялась со своим чемоданом в гомонящей толпе новоприбывших пассажиров.

И пока она, забившись в купе, копалась в скудном кошельке, мысли в её голове роились самые разнообразные: не зря таки рискнула, подсадила под утро тайком от этой грымзы двух зайцев до Владимира, разжилась пятисоточкой. Шурка, конечно, баба склочная, и собачиться с ней – себе дороже, но в денежных пакостях замечена доселе не была, сколько уж рейсов вместе ходим. Как же так могло произойти, у меня перед носом? Ключ – вот он, всегда в левом кармане кителя… стоп, нет его там… ага, в правом. И что сие означает?

Читать дальше

А вот что: ты, дура набитая, тысячную ей действительно сама отдала.

Она откинулась на спинку и закрыла глаза, напрягая память.

Сало, помидоры, пакетированный чай и горка пирожков… Увлекательные разговоры обо всём и ни о чём. Помнится, на вопрос, отчего поднялась в такую рань, молодая пташка заявила, что ей, дескать, как Наполеону, четырёх часов для сна хватает. И дальше – зыбкий мягкий провал, будто выключилась, задремала она на минутку. А когда открыла глаза – ночная гостья уже стояла в дверях с благодарностями за угощение и, кажется, даже успела слегка поддеть: – Не проспите, тётя Маша, у вас во Владимире люди выходят…

Дёрнул же чёрт за язык – обмолвиться о левых пассажирах. И именно до Владимира!

Но главное чудо в другом: какую такую сверхубедительную просьбу смогла сочинить юная пройдоха, чтобы заставить её, заслуженного работника транспорта с тридцатилетним стажем Марию Васильевну Кочемасову без малейших колебаний полезть в неприступные, как золотой запас страны, казённые финансы?

…Между тем девица с чемоданом цвета беж, которую мало тревожил поднятый за её спиной переполох, потолкалась в людском потоке меж двух вокзалов и отошла в сторонку, дабы наметить стратегию и определиться с тактикой. Тысячную купюру, чуть подумав, она спрятала в дальний карман (бумажке этой уготовим роль стартового капитала), затем пересчитала остальную мелочь и усмехнулась.