ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сын ведьмы Симона Вилар – Ну что, Добрынюшка? Сказывал, любят и почитают тебя новгородцы?! Говоришь, твое слово в Новгороде все одно как решение самого вече? Путята не произнес это, а почти прорычал, припав плечом к дверному косяку, – рожа вся в крови и слезах, обычно холеная борода торчит в сторону, словно кто таскал за нее солидного воеводу. Епископ Иоаким Корсунянин, прибывший на север Руси от самого Греческого моря, даже привстал ошеломленно, а потом слабо опустился обратно в кресло. При свете огня в плошке было видно, как он побледнел. Но сам Добрыня остался спокоен. Смотрел на Путяту немного исподлобья темными жгучими глазами, только соломинка, какую жевал до этого, застыла в углу его пухлых губ. А Путята не унимался: то вдруг захохотал как безумный, то стал биться виском о косяк и рычать, как зверь. Потом даже заругался грязно, как никогда ранее не позволил бы себе при почтенном Иоакиме и не менее уважаемом им Добрыне – дяде самого князя Владимира. Сейчас же с рыка на бешеный крик переходил и снова вопил. – Ох, ох, славные новгородцы почитают посадника Добрыню ну чисто батю родного! Ах да и встретят его посланцев хлебом-солью! А вот это на, выкуси! – едва не налетев на Добрыню, ткнул Путята ему в нос скрученный кукиш. – И срать я хотел на твоих новгородцев! Резать их буду, как собак бешеных! Валить всех и вас в том числе… Иоаким истово перекрестился, а молодой дьяк Сава даже пошел наступать на воеводу: – Как смеешь ты, нечестивый, такое говорить при его преподобии!.. И отлетел прочь от мощного удара Путяты. И хотя Сава сам был высок и плечист, но рухнул, будто тростник подломленный. Больше Добрыня вытерпеть не мог. И пусть он подле могучего Путяты смотрелся более мелким и хрупким, но сейчас вмиг скрутил воеводу, зажав его голову под мышкой, и, не давая опомнитьс

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Зато, отправив Забаву в чащи невестой лешего, он тем самым спас ее от жеребьевки идти к Ящеру. Другой же перстень тайком сам вынул и позже забросил в воды озера, несмотря на ценность его. Дочка-то ценнее будет.

Да мало ли разных проделок вытворял ее родитель! Забава сызмальства подобное наблюдала, и это казалось ей привычным. Ведь без этого нельзя, без этого люди перестанут верить, что он чародей. Он же не Малфрида, которая легко колдовать может. Но именно Малфрида некогда сделала Домжара главным волхвом на капище.

– Мне надо срочно с чародейкой нашей повидаться, – сказал дочери Домжар. – И чем скорее, тем лучше.

У Забавы сжималось сердце, когда она видела отца таким слабым. И на Неждана этого злилась – зачем вернулся? И на гусляра Добряна – зачем привел парня в их края?

А сам Добрян, как и ранее, уже ловко расположил к себе вятичей. Когда Забава уже в темноте спустилась к кострам, где вкруг бояна собрались родовичи, она и сама заслушалась его дивными сказами. Он рассказывал под звуки струн о солнечной Жар-птице, о мече-кладенце, который любого сразить может.

В какой-то миг Добрян заметил стоявшую в стороне девушку и весело подмигнул ей. Но она лишь нахмурилась. Вольготно же ему так веселиться, когда его спутнику беда угрожает. Ибо люди то и дело начинали говорить, что если окажется, что не отдали Глобу Ящеру, как иных отдавали, то Домжар будет отвечать по всей строгости. Или самой Малфриде придется ответ держать.

Добрян, когда различил те речи, гусли отставил, начал расспрашивать. Хмыкал порой, даже сказал, что, может, и нет этого Ящера, может, обманывают их. Дескать, он сам вон сколько по земле побродил, где только ни побывал, но про их Ящера никто не знает.

– Домжар как раз и стал волхвом, когда Ящер появился, – ответили ему. – А Ящер – он есть. Пришлые о том не ведают, пока не сунутся в эти лесные края. А если сунутся – пропадут безвременно. Вот потому никто и не разнес по земле весть об опасном чуде вятичей.

Наблюдая со стороны, Забава видела, что Добрян только посмеивался на это. Надо же, какой недоверчивый. Но в самой Малфриде, похоже, не сомневался. Ишь как она его заинтересовала! Все выспрашивает, когда придет, когда явится.

Читать дальше

– А вот сообщит ей Домжар, что Глоба живой и невредимый от Ящера вернулся, так ей поневоле придется прийти и перед людьми ответ держать.

– Домжар уже отправился за нашей чародейкой, – важно произнес подошедший со стороны Вышезор. – Я видел, как он сел в лодку и уплыл на тот край озера. Нам же туда хода нет.

– Это почему же? – спросил, поворачиваясь к волхву, Добрян.

Но тут люди стали наперебой говорить, что, дескать, пробовали они обойти Око Земли, порой даже служители волхвы пытались туда пройти, однако никто не вернулся.