И единственное, что Илью удержало от первого комментария в виде зуботычины, которая всегда к месту, как дополнительный бонус к будущему ролику этих доморощенных «блохеров», так это его желание поскорее убраться с этого места, где невольным участником был и он.
Но всё же, в тот момент, когда носилки заносили в карету «Скорой помощи», внутри Ильи что-то оборвалось, и, наверное, только шум мигалок не позволил оглохнуть окружающим от вопля Ильи, который, вспомнив лицо «симпатюли», не выдержал и заистерил, после чего он оказался как будто в каком-то вакууме не сознания, в котором перед его глазами всплывали различные кадры, где, в основном, мелькали какие-то люди на фоне мигалок, и как ему помнилось, что некто, запоминающийся своей не запоминаемостью, помог ему выбраться из этого адского мрака.
Сделав большой глоток из стакана и, несколько нервно отставив его от себя, Илья решил немного отвлечься от этих тревожных воспоминаний, не дававших ему, ни днём – терзая мыслями, ни ночью – со всякой снящейся чертовщиной, покоя.
Илья откинулся на спинку стула и принялся наблюдать за столиком, где так шумно проводили застолье его коллеги по банковскому цеху.
Что ж, собственная шумоизоляция на рабочем месте, входящая в корпоративный кодекс поведения сотрудников, налагает на них определённый отпечаток, так что, вот только здесь, в получасовые минуты свободы, и приходиться выплескивать из себя застоявшееся за время обслуживания клиентов эмоциональное слово задержание.
Конечно, не совсем прилично заглядывать в рот вкушающих блюда людям, но когда дело касается жрущих, то тут нет места до всего этого этикета, и тебе наоборот, приходиться чувствовать себя как бы близким родственником, на которого можно случайно наплевать, уронить и забрызгать.
Так что, в этом частном (но не частичном, а всё больше завоевывавшим пространства общепита) случае, простая личная безопасность требует от вас всегда иметь в виду то, что сейчас пытается откусить или выпить ваш сосед, который не может успокоиться на одном действии и спешит выполнить сразу же несколько: закусывать, одновременно общаться по телефону, а также – с соседом по столу; вести амурные атаки на недалеко сидящую деваху, так ловко уминающую паштет, успевая при этом строчить СМС-ки.
Читать дальше
Илья обвёл взглядом весь сидящий за общим столом коллектив, и не заметил их большой заинтересованности в нём, да и к кому-либо – кроме себя. Хотя, всё же с одним взглядом он встретился, лицо которого всё также доверчиво смотрит на него сейчас и мило улыбается, сидя напротив.
– Ну, Геля, ты что, моей смерти желаешь? – смотрит ей в глаза и говорит Илья. На что получает удивлённый, с расширенными зрачками взор Гели. – Не смотри на меня так, а то я подавлюсь, – вносит ясность Илья.






