ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Псих Игорь Сотников – Дайте мне условность, и я создам новый мир, – распылялся перед своим товарищем, ничем непримечательный среди таких же посетителей бара молодой человек, который, впрочем, своим буйным видом вносил некоторый диссонанс в ряды любителей горячительных напитков, которые к этому времени ещё не успели распрячь в себе зверя, и тем самым – выпустить его на свободу. Конечно, среди посетителей бара были и те, кто ещё со вчерашнего пребывали в должном настрое, но они всё-таки уже не могли найти в себе столько сил, чтобы самым видным образом показать себя, и поэтому находились «в осадке», молча восстанавливая свои силы в уголке бара. – Дайте только время, – как часто поговаривал бармен. – И уж тогда вам не нужен будет никакой зоопарк. Так что наш, такой волнительный молодой человек, был всего лишь одним из первых среди равных, которые только и ждали своего часа, чтобы предстать перед окружающими во всей своей красивой, либо же какой есть изнанке. Да именно так, ведь им – любителям истины – нечего стесняться, раз естество – есть непреложная истина, и от неё никуда не деться. – Бог, этот первый фантаст, создал свою условность – человека – и уже через него мог творить и создавать временность в своём мире, – подкрепляя свои слова крепкими напитками, продолжал доводить свою мысль до товарища этот волнительный молодой человек. – Но в том-то и дело, что любой созданный тобой мир, будет существовать только с твоей позиции человека и – никак иначе, – отвечал ему, как оказалось, очень рассудительный его товарищ. – В этом-то и загвоздка, – в сердцах бросил этот волнительный молодой человек, закинул в себя рюмку и, сказав своему товарищу: «Я сейчас», насколько бодро, настолько же и не стройно двинулся в темную сторону этого заведения, где по его предположению должна была н

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Так что, творцу ещё трудиться и трудиться над ней, ведь ты же сама знаешь, его нарциссическую ревность к себе, – на последних словах он издевательски ухмыльнулся, этот критически настроенный к существующему режиму оппозиционер.

– Ты опять за своё? – спокойно говорит Серафимы, уже устав спорить с ним.

– Ты же знаешь, чего бы я хотел взять, как своё, – хитро подмигивает Асмодей Симе.

Читать дальше

– Прекрати, – со смехом отбивается Сима от поползновений, ни на секунду не упускающего возможности пошалить Асмодея, который, может быть, только ради неё и вызвался работать в этот наблюдательный совет.

Когда же после определенных увещеваний и просьб со стороны Симы и ответных заверений Асмодея борьба была закончена, Сима вернулась к папке и продолжила её изучение.

– А она – хорошенькая, – из-за спины Симы заявил Асмодей, разглядывая мамочку.

На что неминуемо последовала расплата в виде ответа Симы, который на этот раз совершенно не подразумевал словесных выпадов и был сведён к удару Симой локтем назад, под дых этому… ладно, любителю красоток, но при этом имеющего наглость заявлять об этом в присутствии неких других особ, коим, может быть, не всегда интересно это слышать или, если и слышать подобные слова, то – в свой адрес, чего, пожалуй, не дождёшься от этого остолопа. Нечистая сила, одно слово…

– Ой, а он-то, явно не красавец, – перевернув страницу, Сима воззрилась на мужского претендента на отцовство.

– Вот тебе и ответ на любовную пылкость партнера, – всё не образумится хихикающий Асмодей.

– Ну и что с того? Сила любви не зависит от внешних качеств индивидуума, – строга Серафимы.

– Зато взаимность, ох, в какой зависимости находится от них, – парирует Асмодей.

Но Серафимы не отвечает ему на его выпад, продолжая листать дело, время от времени, то хмурясь, то – наоборот, озаряясь светом, на который так любит смотреть Асмодей, и только благодаря чему он не лезет к ней со своими замечаниями.

– Слушай, а ты мне ничего не хочешь сказать? – дочитав до конца дело, Сима обратилась к Асмодею.

– А в чём дело, – непонимающе отвечает ей Асмодей.

– А в том, что уж больно оно мне знакомо, – не сводя глаз с Асмодея, проговорила Серафимы.

– Так ты уже об этом в самом начале говорила, – улыбается Асмодей.

– Ну, забылась. И что? – невозмутима Сима

Затем её как будто осеняет догадка, и она с видом, который так часто демонстрируют люди, готовые воскликнуть: «Эврика!», – заявляет нечто подобное этому: «Нашёл!».

– Так это же… Тот самый… – задумавшись, говорит она.

После чего Сима, переполненная волнением, воззряется на Асмодея, ожидая от него требуемой реакции.