ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я прикрывал отход своей группы и погиб. Но небесная канцелярия решила: рано мне на покой. И вот я в 1984-м! Снова молод и полон сил. Но вместо автомата у меня фотоаппарат «Зенит» и блокнот с ручкой. Теперь моё оружие – слово.
Первое задание: Ближний Восток!
И только одно по-настоящему не изменилось: я снова на передовой!

Густой туман тонким слоем стелился по земле. Прохлада заползала под рубаху и «мурашками» расползалась по телу. С каждой минутой обстановка вокруг накалялась. — продолжал запрашивать меня командир, а мне было не до разговоров. Противник подступал всё ближе и ближе. Пули продолжали крошить стволы деревьев, а гранаты долетать всё ближе. — крикнул слева от меня рядовой с позывным «Рио», перезаряжая магазин. — Работаю, — сказал я и перенёс огонь из автомата в сектор Рио, чтобы прикрыть его. — Ещё группа, — доложил по связи мой заместитель с позывным «Бек».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Казанов тяжело вздохнул.

— Задача удержания аэродрома была ключевой в вопросе переговоров. Израилю этот прорыв встал поперёк горла. Поэтому в Женеве у руководства Сирии были козыри на руках.

Виталий внимательно на меня посмотрел и молча направился к двери.

— Кстати, Алексей. А почему вы ещё не одеты? У вас, между прочим, через полчаса построение на стоянке авиабазы Тифор.

Я невольно посмеялся от такой предъявы Ивановича.

— Благодарю, но сие мероприятие точно не для меня. У вас там народу для массовки не хватает? — уточнил я.

— Хватает. Но рекомендую вам поторопиться. Не заставляйте целого министра обороны вас ждать.

Я сомневался, довериться Казанову или нет. Виталий внимательно на меня смотрит, несколько секунд, гипнотизируя взглядом.

— Министр обороны какой страны? — спросил я.

— Сирии. Генерал Тлас уполномочен президентом Асадом выказать признательность советским войнам за помощь в войне с агрессором. Вы тоже есть в списке.

В палату вошёл сирийский солдат и принёс советскую полевую форму «эксперименталку».

— Вот форма. Так что переодевайтесь и на построение. Осталось двадцать девять минут.

Казанов развернулся и уже собирался выйти из палаты. Но я его остановил.

— Вы на машине?

— Само собой. Подброшу, если надо.

Я ещё минуту посидел, глядя на аккуратно сложённую форму и кепку с солдатской кокардой защитного цвета.

Решил, что нужно идти. Медленно поднялся и начал переодеваться, стараясь не задевать рану. Оглядел себя в зеркале. Лицо осунувшееся, взгляд усталый.

Надев форму, я вышел из палаты. На удивление ни постовая медсестра, ни курящий на входе дежурный врач мне ничего не сказали.

Казанов стоял около УАЗ «таблетки» и ждал меня. Забравшись в машину, мы выехали с территории госпиталя в направлении стоянки самолётов.

На лётном поле настоящий аншлаг авиационной техники. Тут и сирийские МиГ-25 и МиГ-23 с подвешенными ракетами, и несколько боевых вертолётов Ми-24, и гигантов Ми-6.

Увидел я и тех самых «грачей» Су-25. Звено этих штурмовиков стояло в арочных укрытиях, а рядом с ними крутился техсостав, обслуживая самолёты.

УАЗ подвёз меня к открытой рампе Ил-76, рядом с которой собралось много советских солдат. Я вышел из машины и осмотрел собравшихся военнослужащих. Большинство с перебинтованными

руками и царапинами на лицах. Те самые бойцы, которые вместе с сирийским коммандос взяли штурмом Рош-Пинна и уничтожили базу наёмников Блэк Рок.

— О, Алексей Владимирович! — крикнул один из бойцов, узнав меня.

— Приветствую! — махнул я рукой.

Казанов вышел из машины и подошёл ко мне ближе.

— Я вас подожду. Поговорим после построения.

Через минуту подали команду «становись». Я быстро встал в строй и выровнялся с соседом.

— Владимирыч, как думаешь, что будет сейчас? — спросил он у меня.

— Скажут спасибо.