Он бывало сутками не покидал здание управления треста, ему даже часто еду приносили прямо в кабинет. Но он всегда был чисто выбрит и опрятно одет.
Такая система работы конечно порочная, но сейчас она полностью себя оправдывала: давала большую экономию времени, трудовых, финансовых и материальных ресурсов. С финансовой точки зрения, а особенно там, где ощущался дефицит чего-либо, её эффективность была очевидной.
Но у неё было два серьёзных недостатка. Это была мобилизационная система, хорошо работавшая лишь в чрезвычайных ситуациях. Стоило обстановке стабилизироваться и она начинала давать сбои: люди выгорали, сразу же ошибки начинались ошибки, которые тут же накапливались, а инициатива гасла под бременем постоянного давления. А самое главное её эффективность напрямую зависела от исполнителей. Если на каком-нибудь ответственном участке оказывался нерадивый сотрудник, не говоря уже о нечестном, весь механизм мог рассыпаться. Также многократно возрастала цена ошибки. Но пока Бог нас миловал, и всё работало как надо. Для себя я решил, что когда мы наладим массовое производство панелей и в месяц начнем выпускать хотя бы непосредственно для Сталинграда десять комплектов пятиэтажек, то сразу же с наступлением тепла начнем от этой системы отказываться.
В таком же напряжённом ритме работал строительный отдел и все остальные подразделения горкома, в той или иной мере задействованные в восстановлении города. Сталинград поднимался из руин почти одновременно по всему фронту восстановительных работ, и каждый понимал, что промедление здесь так же непростительно, как оно было непростительно год назад на
передовой.
Свои отношения с Машей мы оформили двадцать пятого сентября. Вера Александровна к тому времени поправилась, и мы сделали это с чистой совестью.
Сама процедура получилась совершенно будничной. Делать её торжественной в ЗАГСе просто не поднималась рука. Там всегда стояла очередь, и кто-нибудь непременно приходил по скорбному поводу, оформить потерю родного человека. Похоронки с фронта шли регулярно. Победы давались немалой кровью. Торжественность в такой очереди была бы неуместна и оскорбительна для тех, кто стоял рядом.
Регистрироваться мы поехали во второй половине дня, после окончания Машиного рабочего дня в школе. С нами поехала только её мама Вера Александровна. А вот вечером должны были собраться гости. Конечно, хотелось пригласить многих, но большинство не могло оторваться даже на вечер. У меня не поднялась рука попросить выходной в воскресенье двадцать шестого сентября: люди месяцами не видели выходных, и просить такое казалось неловким. Да и не думаю, что Виктор Семёнович мне его предоставил бы.
В ЗАГС мы приехали около пяти часов дня на моей «эмке».






