ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками.
Нет.
Бои закончились. Фронт ушёл на запад.
И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.

После бессонной ночи ехать на работу всегда тяжело, но существует такое русское слово «надо». К тому же еще глубокой ночью меня посетила тревожная мысль: куда именно Андреевы приведут своего внука? Этому восьмилетнему мальчику, который на протяжении трех последних лет видел только горе и страдания, необходима не только любовь близких людей. Любовь — это, безусловно, самое главное. Однако ему нужен еще и самый обычный, банальный домашний уют. Поэтому, когда Виктор Семёнович рано утром уехал в партийный дом, я немедленно помчался в управление треста.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— В служебной обстановке мы не позволяли вольностей, поэтому не по имени-отчеству, а «товарищ такой-то». — Вчера на буровой площадке, на скважине номер два, получены результаты, имеющие промышленное значение. С глубины около четырёхсот метров получен спонтанный факел газа. Дебит предварительно оценён более чем в двести тысяч кубометров в сутки.

Краем глаза я видел, как округлились глаза у первого секретаря Михайловского райкома.

— Если нашу геологическую партию срочно усилят квалифицированным персоналом с опытом работы, то на имеющемся оборудовании можно почти вдвое увеличить скорость проходки. Товарищ Сирота категорически утверждает, что из следующих шести скважин как минимум две окажутся пригодными

для промышленной эксплуатации. Поэтому я предлагаю и прошу вас: срочно доложите о результате в Москву и попросите усилить нашу партию хотя бы на месяц.

Виктор Семёнович ответил не сразу. Я слышал его тяжёлое дыхание и спокойно ждал.

— Отлично, Георгий Васильевич. Это потрясающая новость. Я буду звонить прямо сейчас.

В трубке раздались короткие гудки. Я подождал немного и протянул её хозяину кабинета.

С первого раза даже сложно поверить, что за неполные полтора года в чистом поле можно было, притом преимущественно силами разорённой войной Сталинградской области, создать такие крупные и современные предприятия. Это заслуга одного человека: Алексея Семёновича Чуянова. Дав нам с Виктором Семёновичем карт-бланш в самом Сталинграде, он лично сосредоточился на областных делах. Михайловка — это визитная карточка его достижений.

Она ещё не имеет городского статуса, но без сомнения получит его после войны. Я же для себя и везде публично называю её городом. Да и как иначе назвать: посёлок, пусть и городского типа?

Немцы до неё не дошли, но потрепали изрядно. Сейчас всё здесь восстановили, и более того, строится много нового. До войны население составляло около восемнадцати тысяч человек, из них на фронт ушло почти десять. Если вернётся половина — это будет чудо, но оно уже вряд ли случится: по неполным данным местного военкомата, погибших и пропавших без вести михайловцев больше пяти тысяч.

И всё же население сейчас почти достигло довоенного уровня. И это только благодаря двум крупным заводам, появившимся здесь весной сорок третьего. Когда дело пошло, мы сюда направляли часть приехавших на восстановление Сталинграда.

Моя ставка на концентрацию сил и средств здесь сработала блестяще. Конечно, можно было пойти по пути восстановления имеющихся кирпичных заводов и заводиков в самом Сталинграде и пригородах. Но с моей подачи товарищ Чуянов решил, что проще, быстрее и лучше создать одно мощное производство в перспективном месте. Что и сделали.