А от Бахмута
по Кривому Торцу в Галич вернулся – там бывшие невольники да поселенцы зимовать собираются, и тоже немного, едва та же тысяча вышла в трёх больших слободах. Хотя подсчёт делали с тщанием, старост опрашивали.
Юрий остановился и внимательно посмотрел на боярина Григория Зерно, которого уже давно Смальцем никто не называл – суровый оказался воевода, крепко взыскивал за недостатки.
– На двух Торцах, что объехал, на одном три, на другом четыре слободы – валами обнесли, успели, так что от набега отбились. Там народа едва на две тысячи, но освобождённых невольников подселили почти тысячу. Твою власть, князь, уже признали, люди в стрельцы записываются – оружием я их обеспечу. Только тебе их нужно ещё раз объехать, и скорее, чтобы присягу учинить с крестоцелованием.
– Да, негусто, – Юрий пожал плечами и быстро подсчитал получившиеся цифры. – Выходит, во всех слободах и селениях у нас семь тысяч народа проживает. Я рассчитывал, что больше будет.
– Так в Галиче половина от этого будет, три с половиной тысячи народа собралось. И от набега мало пострадали, поля не вытоптали, окаянные. Урожай добрый собрали, так что голодать не придётся.
– Если так смотреть, то прошлой осенью я даже не предполагал, что беглецов и хороняк столько наберётся. Думал – вполовину меньше будет, а так пропасть народа получается.
Юрий ухмыльнулся, однако улыбка стёрлась, когда он посмотрел на Грицая. Тот за месяц объехал запорожские городки по Кальмиусу и донские по Миусу. И судя по хмурому лицу казака, доверенного сотника кошевого атамана, дела обстояли скверно.
– Татары разгром страшный учинили, паланка обезлюдела, князь. Едва ли триста казаков осталось в низовых городках, с семьями полтысячи на круг выйдет. Да беглых столько же – остальные погибли, либо в неволю уведены. На Миусе по западному берегу донские сторожи пострадали крепко – казаки городки оставили и ушли за реку. Беглых едва триста насчитал – укрывались всячески от «людоловов». Остальных татары перебили или полонили. В степи людей совсем нет.
– Плохо, – Юрий сжал кулаки, помрачнев. Будущая Волынь оказалась пустынной – кто же знал, что татары пройдутся по ней, как говорится, «огнём и мечом», уничтожая всё на своём пути. Но даже в самом плохом есть хорошие стороны, главное суметь их увидеть.
«Донские казаки городки оставили – их можно занять, земля пуста. Так что людей набрать не проблема – переселенцы и беглые каждый день прибывают. За зиму до мая наберётся и тысяча душ, а то и побольше, главное обучить всех стрельбе за это время. Возы и телеги собрать, инвентарь заготовить и в путь направить.
Оружие в арсенале имеется, хотя и не столько, сколько хотелось бы. Ни у кого сейчас такого нет – только у нас имеется.






