ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я погиб, прикрывая отход своих бойцов, а очнулся в теле легендарного артиллериста, который в одиночку остановил танковую колонну вермахта ценой собственной жизни.
Теперь у меня есть реальный шанс изменить историю. Боевой опыт современности, знание будущего и умение побеждать — мои главные козыри. Но впереди самые тяжелые годы войны.
Фрицы уверены, что сломят Красную армию за несколько месяцев. Враги еще не знают, что есть человек, который может поломать все их планы. Но хватит ли ему времени, чтобы уберечь от разгрома и окружения 28-ю армии и спасти командарма Качалова?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А дальше финны с англичанами. На Дальний Восток — это через всю страну переться. Слишком далеко и долго… Хотя, где-то, наверное, можно и в Китай выскользнуть… Но там у меня подхватов нет…

— И что остаётся? — уточнил я. — Не может быть, чтобы ты ничего не придумал.

— Один путь у меня остался, Пушкарь. Один-единственный. На юг. Через Кавказ. В Турцию. Если туда прорвёмся… Но до самого Кавказа, фраерок, почти две тысячи верст!

— А на Кавказе, я так понимаю, у тебя подхваты имеются? — поинтересовался я.

Айболит усмехнулся криво, по-волчьи:

— Да, есть там у меня подвязки и в Грузии, и в Армении, и в Азербайджане.

— И как туда добраться?

— Первый этап — из самого Рославля выехать. Тут без нужной ксивы никуда — поезда шмонают на каждой крупной станции. Но Профессор у нас — золотые руки. Надо только его в долю взять… Это я чисто гипотетически рассуждаю, — усмехнулся Доктор, вернув мне моей же монетой. — Он нам командировочные предписания Наркомата путей сообщения нарисует. Или Наркомата оборонки. Легенда будет простая: эвакуированные специалисты срочно перебрасывают из прифронтовой полосы на заводы в Баку там или куда еще. Это вполне рабочая легенда, Пушкарь, рядиться под чекистов в этом случае не стоит.

Я кивнул, стараясь делать вид, что действительно заинтересован, ведь никуда сваливать я не собирался. Но отрабатывать легенду, отчего я сдал золото Вебера Айболиту, было необходимо.

— Главное до Кавказа добраться, а там нам помогут границу перейти, — продолжил Айболит, — и при царях, и при советах ходили, и под немцами ничего не изменится — все горные тропы и перевалы не перекрыть.

— Думаешь, возьмут фрицы и Кавказ?

— Вопрос времени, — кивнул Доктор, — не верю я, что краснопузые устоят. Раскатают их фрицы… Но мне моя шкура дороже, так что если есть что сказать, выкладывай, фраерок!

— Есть у меня одна наводка, Доктор, — тихо произнёс я, стараясь, чтобы в голосе звучали и азарт, и осторожность одновременно. — На золотишко. Настоящее, раритетное, не хрень из Главювелирторга.

Айболит дёрнулся, словно его током ударило. В его бегающих глазах на мгновение мелькнуло что-то звериное — жадное, голодное, то самое, что бывает у медвежатника, почуявшего жирный сейф. Но он тут же взял себя в руки и прищурился:

— Чё пургу несёшь, Пушкарь? Откуда у тебя такие наводки?

— Хочешь — верь, не хочешь — не верь, — пожал я плечами. — Зуб даю, что есть золотишко!

Айболит сглотнул. Я видел, как ходуном ходит кадык на его бычьей шее. И я четко видел, что реально заглотил этот крючок, повелся как сопливый пацан на конфетку.

— И где сейчас эти цацки? — хрипло каркнул он.

— А вот этого я тебе сейчас не скажу, — твёрдо ответил я. — Пока сам кое-что не проверю. Но наводка верная.

Доктор молчал, обдумывая предложение.