ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я погиб, прикрывая отход своих бойцов, а очнулся в теле легендарного артиллериста, который в одиночку остановил танковую колонну вермахта ценой собственной жизни.
Теперь у меня есть реальный шанс изменить историю. Боевой опыт современности, знание будущего и умение побеждать — мои главные козыри. Но впереди самые тяжелые годы войны.
Фрицы уверены, что сломят Красную армию за несколько месяцев. Враги еще не знают, что есть человек, который может поломать все их планы. Но хватит ли ему времени, чтобы уберечь от разгрома и окружения 28-ю армии и спасти командарма Качалова?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Потом криво усмехнулся:

— Пойдем, проверим…

— Не, Доктор, — качнул я головой, — так не пойдёт. Мне одному сходить надо. И самое главное — чтобы Вебер об этом не узнал. Но всё, что хочешь на кон поставлю, да хоть собственную голову, что золотишко есть! — с горячностью произнёс я.

Я прекрасно понимал, что этот матёрый уголовник совсем не дурак, чтобы попадаться на такие левые уловки. Но его непомерное желание свалить из этой диверсионной шайки-лейки было настолько велико, что башку ему, похоже, отключило. Он получил тот самый шанс, на который и надеяться не мог.

— В общем, Доктор, погуляй часок в одиночестве. Без меня. И на базу без меня не возвращайся. А я вернусь и всё тебе расскажу. Без утайки, гадом буду! Потому что я, Доктор, хочу того же, чего и ты — жить. И под пули комиссарские не подставляться. Ты мне сейчас даёшь

час времени и прикрытие. Я тебе — наводку на серьёзное дело. Согласен?

— Допустим, я тебе поверил… — выдохнул он. — А где гарантии, что ты просто меня не кинешь и не свалишь сейчас с этим золотишком?

— Айболит, — укоризненно посмотрел я на уголовника, — а нахрена мне вообще тебе о цацках рассказывать, если я и так мог с ними свалить? Там одному не справиться, да и на Кавказе у меня никого.

Доктор снова задумался. Я представлял, как в его голове прокручиваются разные варианты. С одной стороны — риск. С другой — возможность, которую он давно ждал. А у меня в голове крутилась другая мысль: не так далеко отсюда располагался один из тайников Зубова, где можно было оставить записку. Вот только её надо еще написать.

Если у меня всё прокатит, и Айболит поведётся (а он поведется, я это буквально кожей чувствовал), я успею оставить записку с полной информацией о планах Вебера. О мосте через Остёр, об автобазах, о ВЧ-связи, о кабеле правительственной связи. Обо всём, с указанием мест дислокации диверсантов. И успею вернуться назад, пока Айболит не забеспокоился. Только надо будет найти карандаш и листок бумаги, чтобы всё это подробно изложить. Ладно, об этом подумаю, когда останусь без надзора Айболита.

— Ну чё, Доктор? — тихо спросил я. — По рукам?

Айболит ещё раз огляделся. Потом медленно, очень медленно, протянул мне свою тяжёлую, мозолистую лапу.

— По рукам, фраерок. Только смотри… Если ты меня кинул и если никакого золота нет — я тебя из-под земли достану! — прошипел он, глядя мне в глаза.

— Да какой базар, Доктор? Куда я без тебя и твоих связей? К тому же, Профессора тоже с собой брать надо — кто нам качественную липу нарисует?

— У тебя час, — кивнул Айболит. — Если через этот час я так и не узнаю ничего конкретного о золоте, кроме пустых обещаний — тебе крышка!

— Договорились, — кивнул я. — Встречаемся здесь же… И на базу без меня не возвращайся.

— Канай уже, — махнул он рукой.