ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Человек может приспособиться к чему угодно. Даже к жизни в разрушенном городе с отравленной водой и неработающей из-за помех электроникой. К существованию впроголодь, в постоянной готовности дать отпор или убежать. К необходимости ежедневно и ежечасно выживать.Но и в таких условиях человек остается человеком. И если тебе двадцать, как не броситься на помощь прекрасной незнакомке, вопреки всему почувствовав себя рыцарем на белом коне?

Казалось бы, давно успел избавиться от этого пагубного пристрастия, но — нет: стоило разнервничаться, и руки сами собой начинали шарить по карманам в поисках пачки сигарет. Когда целый день приходится бегать, лишь бы только на хлеб и воду заработать, уже не до излишеств. Впрочем, прямо сейчас никуда бежать необходимости не было. Напротив — я преспокойно развалился на куске относительно чистого брезента и разглядывал окрестности с крыши семиэтажного жилого дома. Нет, сюда меня привёла вовсе не возможность полюбоваться на город с высоты птичьего полёта.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Он к Старику пошёл? — поморщился я. — Давно?

— С полчаса назад.

— Ладно, побегу.

— Давай…

Я кивнул на прощанье караульному и поспешил к сложенному из красного кирпича двухэтажному дому, в подвале которого раньше располагался «Грот» — кабак, впоследствии и давший название всему зданию.

Питейное заведение в своё время по понятным причинам приказало долго жить, и теперь там обретался скупщик всего и всея Сергей Данилович Старинов по прозвищу Старик.

Ну а поскольку конкурентов у него в ближайшей округе не имелось, именно в «Грот» со всего района и тянулись рыскавшие по брошенным домам помоишники. Одни, торопясь сдать найденное барахло; другие — в надежде занять под грабительский процент пару банок тушёнки, десяток патронов или на худой конец несколько литров воды. Золотом и водкой — ещё двумя имевшими ход в пятне валютами — Старик в долг не давал, справедливо полагая, что возврата ссуды в этом случае он может и не дождаться. Да и патроны выделял только под верное дело.

Задворками обогнув изрядно обветшалое кирпичное здание, я по ведущей в подвал лестнице спустился к массивной железной двери и несколько раз стукнул по ней кулаком. С минуту ничего не происходило, и мне уже начало казаться, что охранники решили не пускать некстати заявившегося посетителя, но тут наконец лязгнул замок.

Я с натугой распахнул тяжеленную дверь и прошёл в небольшой закуток, отгороженный от холла сваренной из толстенных железных прутьев решёткой. Не то что бы Старик так уж сильно опасался налёта, но и собственной безопасностью он не пренебрегал.

— Привет, Володь, — зевнул командовавший скучавшими в холле мордоворотами Жора Суворов — плотного сложения седой парень с покрытым оспинами лицом и мощной фигурой профессионального хоккеиста. — Чего пришёл?

— Дело у меня к Сергею Даниловичу, вот и пришёл.

Стариком Старик даже за глаза был, разумеется, далеко не для всех и не всегда.

— Не пустой, надеюсь?

— Не пустой, — подтвердил я, но о своей находке распространяться не стал.

— Колюще-режущее выкладывай, — кивнул на лоток Жора и поправил свисавший с плеча автомат. — Шурик, доложи.

Бритый налысо паренёк в спортивном костюме снял трубку висевшего на стене телефона, три раза крутнул диск и прикрыл динамик ладонью:

— Сергей Данилович, к вам Кузьменко пришёл, помните такого? Принять просит. А? Нет, говорит, принёс что-то. Да, хорошо.

— Ну? — уточнил Суворов, дождавшись, когда трубка опустится на рычажки телефона.

— Говорит, можно запускать.

— Кто бы сомневался, — усмехнулся я и начал выкладывать в лоток висевшее на поясе оружие: переделанную в кинжал шашку, складень и самодельный нож с вырезанным из металлостекла клинком сантиметров в двадцать длиной.

— Всё? — отпирая решётку, уточнил Шурик.

— Всё.