– Руки убери…
– Чего? – Миша наклонился к моему лицу, едва не врезавшись лбом в переносицу. – Не слышу.
– Руки убрал! – просопел я, упираясь ему в грудь. – Зараза…
Силы были неравны, но я все-таки смог кое-как отпихнуть брата и вдохнуть. Он прищурился, будто намереваясь вкатить мне затрещину, но вместо этого снова схватил за ворот, дернул так, что посыпались пуговицы – и потащил по тропинке в сторону усадьбы.
– Что ж ты за скотина такая, Саня? – бушевал Миша. – Только успокоилось все, а он уже по сараям девок тискает… Мало Косте проблем устроил? Хочешь, чтобы еще крепостная в подоле принесла?
– У меня и в мыслях не было…
– Да у тебя вообще мыслей нет! – Миша свободной рукой легонько постучал мне по лбу. – Потому что ты тупой. Машину отцовскую угробил! Потом в больнице черт знает что устроил, до дуэли допрыгался. Воронцова подстрелил сдуру – теперь нас во всех газетах полощут!
Ну, допустим, не во всех, а только в одной. И не нас, а двух отпрысков княжеского рода, имена которых «редакция не может называть по этическим соображениям». Нет, я, конечно, догадывался, что Миша не бросится с объятиями поздравлять с победой в поединке, но брат будто с цепи сорвался.
– Вот на хрена это все было? – продолжал он. – На хрена, Саня?
– Миш, отцепись. – Я дернулся и освободился из хватки – хоть и ценой затрещавшей по швам рубашки. – Я разобрался. Все нормально.
– ТЫ разобрался? – Миша остановился и развернулся ко мне. – Саня, да ты в жизни ни в чем не разбирался, ни разу. Тебе мать до самого лицея чуть ли не попу вытирала… Все лучшее – Сашеньке. Сашенька опять заболел. Как там мой Сашенька?.. Тьфу! – Миша сплюнул мне под ноги. – Слушать противно! Пока меня в кадетском гоняли, как вшивого по бане – ни разу не навестила даже, все тебя, идиота, пасла. А толку с того? Все равно бездарем вырос!
– Ну, это уже не совсем так. – Я пожал плечами. – Источник…
– Да говорил мне Костя, – прорычал Миша, – что у нашего Сани Дар проснулся. Повезло дураку, теперь опять все будут с тобой как с писаной торбой носиться… А я не буду!
– Не носись. Все сказал, или дальше бухтеть будешь?
– Сколько надо – столько буду, и ты, крысеныш, мне рот не затыкай. – Миша набычился и попер на меня. – Я – не Костя и не дед, все твое нутро поганое насквозь вижу. И если еще раз…
Никакой внятной угрозы, Миша, похоже, так и не придумал – так что в очередной раз решил задавить силой мускулов. Здоровенная ручища снова потянулась к моей шее, но вместо того, чтобы покорно принять кару, я вдруг неожиданно для себя самого скользнул чуть вбок, перехватил Мишино запястье, дернул вверх, а потом подсек его ногой под колено и опрокинул на землю.
– Ну все, крысеныш. – Миша вскочил и отряхнул испачкавшиеся форменные брюки.






