ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ульяна всегда мечтала о большой и дружной семье. Но никто не предупреждал, что мечты имеют обыкновение сбываться. И вот уже родственники из далёкой зауральской деревушки готовы с головой окунуться в столичную жизнь. А что, почти как заказывали. Любящая бабушка-ведьма печет пирожки с мухоморами. В подвале, потеснив стратегический запас картошки, обустраивается троюродный брат - вампир-аллергик. Ещё один, стеснительный оборотень с дородовой травмой, прячется по дому. Сад обживает козёл Фёдор Степанович, главное достоинство которого выдержка и любовь к шахматам. Ну а помочь в делах сердечных готова любимая кузина, потому что русалки о любви знают всё. Или почти всё... ах да, сама Ульяна, оказывается, не маг с дефективным даром, но ведьма.
Ульяна поверить не готова. У нее ведь образование. И диплом. И она знает, что миром правит классическая магия, а всё остальное - это вымысел... Но что делать, когда знание не выдерживает столкновения с реальностью?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кредиты платила и смирялась с осознанием полной бессмысленности бытия.

И никакого тебе мародерства и побегов в клоунских костюмах.

Мелецкого вот.

Козлов странных. Силы…

— Тогда хорошо, — она даже улыбнуться смогла. И на душе стало спокойно, будто вдруг все неприятности не разрешились, скорее появилась глупая уверенность, что Ульяна действительно справится.

Не одна ведь.

Правда, продлилась она недолго. Зазвонил телефон. Резко так. Нервно. И трубку Ульяна сняла.

— Балуешься? — мурлычущий матушкин голос парализовал и недавняя уверенность испарилась, будто её и не было. — Силу, вижу, почуяла?

— Могла бы и рассказать.

— Спички детям не игрушка. Да и не было в тебе силы. Ни капли. Будь ты одарённой, я бы тебя учила.

И главное, звучит так, что хочется верить.

— Ты с первого дня меня разочаровала.

Это не новость.

— Вместо маленькой принцессы я получила… нет, не чудовище… в конце концов, чудовища по-своему очаровательны. Я получила среднестатистическое серое невыразительное нечто.

— Дай, — дядя Женя обернулся и протянул руку, в которую Ульяна молча вложила телефон. — Привет, сестричка. А ты всё продолжаешь? Да, приехал. Надолго? Как получится. Встретиться хочешь? Можно и встретиться… где? Ага. Найду. Не такой уж я дебил, как ты думаешь. Ой, да ладно, не говорила она. Тебе и говорить не надо. Все мысли на лбу написаны. Ты у нас недооценённая красавица, а вокруг одни как ты там сказала… унылые невыразительные нечты, мешающие тебе реализовывать потенциал. Ну-ну, не психуй. Сама ж постоянно повторяла, что люди должны знать правду о себе. А это в обе стороны работает. Ульку? Сейчас.

Телефон Ульяне протянули. А дядя Женя подмигнул и сказал тихо:

— Дело, конечно, твоё, но вот сейчас самое время трубку повесить.

Наверное, так и надо было сделать, но Ульяна зачем-то прижала эту трубку к уху и сказала:

— Да.

— Балда, — отозвалась матушка и голос её дрожал от гнева. Надо же, а у Ульяны никогда не получалось вызвать какие-либо эмоции, кроме брезгливости и ещё, пожалуй, презрения. Или вот недоумения. Но чаще всего эмоций в принципе не было.

Матушка резко выдохнула.

А затем другим, спокойным тоном, сказала:

— И всё-таки ты моя дочь. Поэтому хочу предупредить. Не верь им.

— Кому?

— Всем им. Где они были все эти годы? Небось, сочинили правдоподобную историю? Но это ложь. Правда в том, Ульянушка, что в тебе не должно было быть силы. А она появилась. И ты ведь помнишь закон сохранения энергии? Если где-то прибыло, то где-то убыло. Наверняка, что-то случилось. В роще ли родовой, в деревушке этой благостной. Кто-то или потерял силу, или не получил её, хотя должен был.

Матушка говорила очень спокойно, равнодушно даже.

— И почему? А потому что Улечка вдруг очнулась и потянула одеяло на себя, — она позволила себе смешок. — Пустое семя дало вдруг плоды.