ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Господь создал мир за семь дней, а уничтожил за пятнадцать минут мощной сейсмической волной. Но одним землетрясением отделаться не удалось, выживших настиг поток раскаленного воздуха...

Сергей Панченко Даже глобальные перемены, случающиеся не сразу, а в течение продолжительного отрезка времени, притупляют чувство тревоги. Некоторые вещи незаметно становятся обыденностью, естественным, совсем не пугающим фоном жизни. Если бы человек умел перемещаться во времени, опасная тенденция такому путешественнику была бы гораздо очевиднее, чем тому, кто пережил изменения постепенно. По всему миру курились все известные вулканы, многие извергались. Землетрясения стали обыденностью даже там, где их не случалось тысячелетиями.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Обратно пошли другой дорогой, решив обойти машзаводское озеро с другой стороны, через Степной. По дороге Инна рассказывала свою историю спасения.

— Ты же знаешь, столовая на моей работе находилась в подвале. У нас как раз был обед, когда тряхнуло. Дом сложился, но подвал выдержал. Лестницу завалило плитами. Пыль стояла, не продохнуть. Прорвало трубы с газом, думали, конец. Газ, правда, быстро вышел. Видать прорвало много где, поэтому выходили только остатки. Долго сидели в темноте, боялись зажечь огонь. Связь пропала у всех, я сто раз тебе звонила в тот день, но…. Зажгли спичку ночью, ничего не бахнуло. Подошли к лестнице, стали кричать, чтобы откопали нас. Там были слышны голоса, шум машин, но нас никто не слышал. Думаю, им вообще было не до нас. Так мы три дня орали, а потом как-то поняли, что все затихло. Исчезли звуки, только щелчки снаружи раздавались, как полена в костре. А потом в щели потянули жаром. Мы решили, что наши развалины загорелись. Правда, дыма не было в самом начале. Потом стало слышно, как шумит огонь, и только потом мы почувствовали дым.

От жара прятались в подсобке столовой, где стоял холодильник. Какое-то время спасал, а потом все равно стало жарко, особенно, когда во все щели побежал кипяток. Вода уходила через стоки, но медленно. Мы сделали дорожки из стульев и столов и передвигались по ним. Потом дождь стал слабеть, и мы решили заткнуть некоторые течи. Я и полезла, тронула там что-то, и помню только, как мне в лицо ударила мощная струя и всё. В себя пришла нескоро, вся замотанная, как мумия, боли страшные. Мне сказали, что все прекратилось, что вода идет просто горячая, но не кипяток.

Мы после того, как я пришла в себя, просидели под землей еще два дня, а потом случился обвал. Лестница в подвал не выдержала веса груды развалин на ней и обвалилась. Так открылся проход наружу. Я не могла еще сама ходить. Меня вытащили коллеги и еще долго носились со мной. Правда признаться, тогда я молила бога о смерти. Знала, как буду выглядеть после ожогов. Смысла не видела. А теперь понимаю, что дурой была. Да-а-а, никогда не стоит загадывать наперед, все равно не узнаешь, как обернется. — Инна посмотрела на сына и всхлипнула. — А вы-то как смогли такими свежими остаться?

Денис рассказал ей свою историю, опустив момент, когда он убил Шурика.

— Чудеса! — Удивилась мать. — Не иначе у бога на вас были планы, поэтому он создал вам такие благоприятные условия.

— Может быть. Мы, когда выбрались наверх, вообще

выглядели так, будто и не было никакой катастрофы. Это сейчас пообтрепались, заветрили на свежем воздухе.

— А эта девушка, она тоже из торгового комплекса?

— Да, я тебе пару раз рассказывал о ней, помнишь. Алена, с несчастной судьбой и дочкой, на пневматике сидела.

— Нет.