ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика.
Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру...

Говорят, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё, на самом деле перед смертью перед глазами проносятся плиты перекрытия, куски бетона, кирпичи. Много чего проносится, в общем, но явно не жизнь. По крайней мере так получилось в моем случае. Возможно, это даже как-то связано с моей профессией инженера-подрывника, специалиста по контролируемому сносу зданий и сооружений. Да, кто-то может сказать, что ломать — не строить, но я бы с этим поспорил. Во-первых, я строил, и вполне успешно. Мой дом стоит так, что я совсем не завидую тем, кто будет его когда-то через пару сотен лет сносить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Не знаю, как вообще ноги смогли это осилить, про спину вообще молчу, но когда показался родной дом захотелось расплакаться от счастья. Бросил свой мешок прямо у навеса, рядом с формочкой и бревном-шаблоном. Тут же выкопал лопатой неглубокую ямку в земле, вроде корытца, куда и вывалил все содержимое рубахи. Ну всё, придется это как-то мять, и скорее всего ногами. Правда возможно, получилось суховато и в следующий раз стоит взять больше воды.

Рубаху выжал тоже в яму, натянул обратно на мокрое тело и передернулся от холода. Вечерний ветерок забирался под влажную ткань и напоминал о том, что лето здесь не такое уж теплое, а ночи и вовсе ледяные.

Всё, не отвлекаемся, времени нет. Желудок уже переварил сам себя и принялся за соседние органы, так что стоит для начала поужинать и потом дальше идти по плану. На коптилку имеющийся улов не набирается, коптить одного карася и плотву — это прямое оскорбление как для коптилки, так и для самой рыбы. Проще пожарить на костре, быстрее и надежнее. Раков тоже можно в угли, они и так сойдут.

Осталась одна мелочь. Огонь… А вот огня нет, разводить нечем, и солнце уже село.

Дров-то хватает, после сегодняшних лесных заготовок у стены дома лежит приличная куча хвороста и палок, так что в лес тащиться не придется. Но толку от дров без огня нет. Можно сидеть на них и грустить, и это пожалуй всё, на что они пока способны.

Огниво бы мне, да только на десять медяков разгуляться сложно. Кузнец запросит пять минимум, а то и все семь за самое простое кресало с кремнем, и тогда на ведро уже не останется. А ведро нужно позарез, таскать размоченную глину в рубахе это не метод, а воду к дому носить не в чем. Придется выбирать, и этот выбор мне совершенно не нравится.

Ладно, проблему с огнем можно решить прямо сейчас, без покупок. Где-то в деревне горит факел или очаг, надо просто найти источник и одолжить немного пламени. В прошлый раз стражник выручил, может и сегодня повезет.

Взял пару палок посуше из заготовленной кучи и направился к ближайшей дозорной вышке. Она торчала над частоколом темным силуэтом на фоне уже совсем потемневшего неба. Факел наверху горел, значит кто-то на посту. Подошел ближе и задрал голову.

— Эй! Добрый вечер!

Спустя пару секунд тишины послышался недовольный шорох, потом над краем площадки показалась голова в шлеме, и сразу стало понятно, что сегодня не мой день. Лицо незнакомое, бородатое, с выражением такого концентрированного недовольства, будто его оторвали от чего-то невероятно важного. Хотя если судить по тому, как он тер глаза, важным занятием был сон.

— Чего тебе? — голос хриплый и совершенно лишенный какого-либо дружелюбия.

— Да вот, огня хотел попросить. Костер распалить нечем, а тепло бы не помешало, да и поесть надо.