Хорг положил черепицу обратно. Аккуратно, не бросил, а именно положил, что само по себе уже было комплиментом. Выпрямился, пожевал губу и посмотрел на меня так, будто видит впервые.
— Крыша подождет, — буркнул он наконец. — А вот черепицу это ты вовремя затеял. Только ее обжигать правильно надо. И сушить, не так как ты тут… — он махнул рукой на мой навес, явно оценивая конструкцию и находя в ней массу недостатков, но озвучивать их пока не стал. — Ничего, покажу как надо. А сейчас бегом, на объект пора! Хватай телегу и пошли!
Глава 17
Ну конечно, всё как обычно, меня используют вместо лошади. Кстати интересно, а сколько эта самая лошадь тут вообще стоит и почему их в деревне так мало? Видел всего пару раз, но в основном люди сами таскают свои телеги.
Хотя Хорг поступает умнее и таскает свою телегу не сам, а при помощи меня. В общем, этот транспорт не имеет ни малейшего сочувствия к тому, кто её тащит, и я смог ощутить это в полной мере.
Колесо скрипело, ось постанывала на каждой кочке, а груз из инструментов и мешков раскачивался так, что я вообще не понимаю почему все это не свалилось. Оглобли впивались в ладони, и без того потрескавшиеся от ночной глины, а ноги после пяти рейсов к реке и тридцати черепиц работали примерно с той же эффективностью, что и размокшая солома в качестве кровли. То есть формально выполняли свою функцию, но доверия не вызывали.
Хорг шагал впереди, не оглядываясь. Темп он взял такой, будто сзади за ним не плетется полуживой подросток с телегой, а просто дует попутный ветер. Впрочем, это было нормальное состояние для Хорга в трезвой фазе: он двигался, как двигался, и если ты не поспеваешь, то это твоя проблема, а не его.
Шли мы не к дому, а куда-то в сторону площади. «На объект» Хорг уточнять не стал, и я не спрашивал, потому что дышать было важнее, чем разговаривать.
Площадь открылась минут через десять, и я сразу понял, что мы не единственные, кого сегодня подняли ни свет ни заря. У дома старосты, примерно там же, где вчера ночью собирались охотники, стояли люди. Человек семь, разбившись на отчетливые группки, каждая сама по себе, и между ними ощущалось какое-то неуловимое напряжение.
Хорг замедлил шаг, и я впервые за утро увидел, как его плечи чуть поднялись и спина выпрямилась. Не демонстративно, скорее непроизвольно, как у собаки, которая учуяла другую собаку на своей территории. Или наоборот, на чужой.
Первая группа стояла ближе всех к крыльцу. Трое: крупный мужик с широкими плечами и аккуратно подстриженной бородой, рядом парень чуть постарше меня, и третий, совершенно невзрачный. Таких обычно забываешь через минуту после знакомства, но я на всякий случай постарался запомнить, все-таки конкурент, как-никак.






