ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика.
Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру...

Говорят, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё, на самом деле перед смертью перед глазами проносятся плиты перекрытия, куски бетона, кирпичи. Много чего проносится, в общем, но явно не жизнь. По крайней мере так получилось в моем случае. Возможно, это даже как-то связано с моей профессией инженера-подрывника, специалиста по контролируемому сносу зданий и сооружений. Да, кто-то может сказать, что ломать — не строить, но я бы с этим поспорил. Во-первых, я строил, и вполне успешно. Мой дом стоит так, что я совсем не завидую тем, кто будет его когда-то через пару сотен лет сносить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сил у меня осталось не так уж и много, потому лучше пересидеть. Но желание узнать адрес хотя бы Хорга пересилило, так что стоило здоровяку пройти мимо, незаметно отправился вслед за ним. Держался на приличном расстоянии, благо следить за пьяным человеком несложно, тот даже не оглядывался.

Вскоре стало понятно, что в этой деревеньке даже не одна улица, а как минимум две. Хорг как раз свернул, и слегка пошатываясь, побрел куда-то еще ниже, параллельно частоколу. Также заметил, что дома здесь выглядят еще хуже, чем на холме, здесь всё больше дырявых кривых лачуг, которые могут банально рухнуть при первом порыве ветра. И это не говоря о том, что в холодную погоду внутри должно быть невозможно находиться. У одной из таких лачуг провалилась крыша, и через дыру торчали почерневшие от дождей стропила. Хозяева, видимо, просто набросили сверху шкуру какого-то животного и на этом успокоились.

И вот, среди всего этого великолепия, вскоре показался вполне приличный с виду каменный дом с черепичной крышей. Два этажа, стены явно периодически перестраиваются, ремонтируются, видно, что когда-то у хозяина этого дома был достаток, на материалах не экономили. Но теперь явно что-то пошло не так. Кладка местами выкрошилась и никто не потрудился её подмазать, черепица на скате просела, водосток, если эту кривую деревянную трубу можно так назвать, давно оторвался и висел на одном гвозде. Дом умирал медленно и планомерно, вместе со своим хозяином.

Хорг остановился у входа, некоторое время просто стоял и покачивался, с отвращением разглядывая свое запущенное жилище, после чего достал из тряпичной сумки бутылку, ловко откупорил ее одним пальцем и залпом осушил до дна. Только после этого толкнул дверь и зашел внутрь, а я остался стоять поодаль. Дверь за ним не закрылась до конца, качнулась и осталась приоткрытой, из щели потянуло застарелым запахом кислого пойла и нестиранной одежды.

— Эх… Опять Хорг в запой… — повернулся и увидел женщину лет сорока-пятидесяти. Соседка через дом, стояла прислонившись к забору и мотала головой, — А ведь хотела попросить кровлю наладить, но теперь придется ждать…

— Надолго обычно? — рискнул уточнить я, понадеявшись, что вопрос прозвучит достаточно невинно.

— А тебе-то что? — покосилась она на меня, но потом видимо решила, что раз уж подмастерье спрашивает, можно и ответить, — Дня три, не меньше. В прошлый раз неделю лежал, еле откачали. Хорошо хоть

летом было, зимой бы замерз насмерть в своем доме, печь-то у него самого вторую зиму не работает.

Каменщик без работающей печи. Есть в этом что-то невероятно грустное и в то же время закономерное.

Видимо, у Хорга запои случаются стабильно, раз уж даже соседи примерно знают график пьянок.