— Если честно, Иосиф Виссарионович, самое главное, что я хотел бы отметить в Маше — это ее умение ценить добро. Она бывшая беспризорница, настрадалась в свое время. Оттого умеет любить, ценить добро и быть верной. Никогда не предаст. Но характер… с характером все сложно. Она не будет плакать от обиды, она само кого хочешь, заставит проливать слезы. Но, как уже говорил, каким-то загадочным образом они с Яковом находят общий язык. Даже дополняют друг друга.
— Любят, друг друга, значит… — вздохнул Сталин, но сразу же решительно погрозил пальцем стене. — А вот ему как раз такая и нужна, чтобы думать научился! Но, хорошо, Алексей. Посмотрим, что из этого получится. Пусть выучатся, с жизнью познакомятся, а там видно будет. Сын говорит, что хочет поступать в военное училище, что ты думаешь?
— Из него подучится хороший командир, — честно ответил Лекса. — Все данные для этого есть.
Сталин кивнул и вкрадчиво поинтересовался.
— Мне тут рассказывают, что Яков сам порубил бандитов, которые влезли в вашу квартиру. Думаю, ты уже успел провести свое расследование. Так ли это?
Лекса снова на мгновение растерялся. Как раз, внутреннее расследование он провести не успел, просто не хватило времени, но прихлебатели Сталину точно соврали.
— Немного не так, Иосиф Виссарионович. Действовал он смело, можно сказать героически, но врагов дети обезвредили в результате командной работы. Девочки стреляли, мальчики рубили.
Сталин удовлетворенно кивнул.
— Правильно, Алексей. Будь всегда честным со мной. И да… — он встал, подошел к столу и достал из ящика небольшой пистолет. — Передай от меня моему сыну подарок… — он протянул Лексе Браунинг модели 1910 года. — Только тихо, не при всех.
Лекса взял пистолет и посмотрел на генсека.
— Иосиф Виссарионович, мне кажется, вам самому стоит сделать подарок. Для Якова это будет иметь очень большое значение…
— Эээ… — Сталин раздраженно отмахнул рукой. — Не понимаешь, да? Это всем детям тогда надо срвзу дарить подарки. Он выйдет, расскажет, мне отец подарил, а они что подумают? Забыл, товарищ Сталин? Не оценил? Так нельзя. Не могу же я выделить только своего сына? Теперь понимаешь? Где я сейчас столько подарков найду? Хорошо, ладно, пусть так. Карл, позови сюда Якова. А остальным я поручу завтра все передать от меня…
Вошел Яков и застыл, опустив взгляд в пол.
Сталин порывисто шагнул к нему, приобнял одной рукой и неловко сунул ему подарок.
— Держи, свой тебе отдаю. Только помни, стрелять надо головой, а не руками!
— Отец!!! — Яков от волнения запнулся. — Спасибо! Я… докажу, что я Джугашвили!
— Эээ… — Сталин снова раздраженно отмахнулся. — Ты уже все доказал! Ты и есть Джугашвили, а кто еще? Сванидзе, что ли? Иди уже, нам работать надо…
И подтолкнул Якова к двери.
А дальше разговор резко перешел на Китай.






