— Здесь, — коротко сказал он.
Хрегонн ударил там, куда указали старики. После нескольких ударов тонкая каменная перегородка осыпалась на пол. За ней открылась глубокая, сухая ниша. Никаких крысиных следов. Внутри лежало несколько толстых томов в безупречном состоянии и туго набитый кожаный кошель.
Старый шахтёр бережно извлёк находки и протянул мне книги.
— Не это ли ты искал, Правитель?
Я взял верхний том. Тяжёлая кожаная обложка была стянута бронзовыми уголками.
Мой взгляд скользнул по строкам, написанным века назад. Называлась книга коротко и ясно — «О богах».
На развороте пояснение: «Свод о природе Высших сущностей, составленный магом-исследователем Проппом в 412 году Эпохи Магов».
Я аккуратно полистал и очень быстро наткнулся на таблицу с перечнем божеств.
Мой взгляд скользнул по строкам. В современном пантеоне мира Гинн существовало четырнадцать богов. На этой пожелтевшей странице значились двадцать три имени.
Девять неизвестных богов, девять стёртых из мировой истории сущностей. Ну, как стёртых… Они себя только что вернули, значит и знания о них вернули себе актуальность.
Я закрыл книгу. Эта небольшая книга полностью окупает экспедицию в Мистрас.
Озрис и его дохлые приятели перестали быть абстрактным злом. У врага появились имена, характеры, наклонности, природа, а значит, появятся и слабости.
Из глубины центрального зала раздался грохот и гномьи ругательства.
— Командор! — раздался раскатистый голос Мурранга. — Мы нашли дверь. Толстая, зараза. Броня, как на сейфах Гномьего банка, и вся в магических замках. Сокровищница Раккота, не иначе. Эту жестянку просто так не вскроешь.
Я вернулся в основной зал, плюхнулся на один из каменных столов и стал читать. Так уж вышло, что рядом отдыхали от боя маги, так что читал я им:
— Бог есть существо высшего порядка, уникальное в своем роде. Однако сие не означает его непогрешимости и непознаваемости. Природу бога возможно не только определить, но и понять, разложив на составляющие силы.
Фомир, сидевший неподалеку с флягой, криво усмехнулся:
— А кто автор?
— Некий Пропп, — ответил я. — А что?
— А то, что если бы жрецы Конклава услышали эти слова, Проппа сожгли бы на медленном огне трижды. Анализировать богов
— чистая ересь.
Я усмехнулся. Ишь ты, анализировать нельзя, и стал листать дальше. Текст становился всё насыщеннее, плотнее, изобилуя сложными магическими терминами.
— Существо божественного ранга отличается от смертного мага полным перестроением энергоканалов, — прочёл я вслух. — Они вступают в уникальный резонанс с тканью мира. Бог воздействует на реальность чистой волей, минуя промежуточный этап плетения заклинаний. В этом кроется их подавляющее превосходство.






