ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Александр Белл говорил что когда закрывается одна дверь, открывается другая.
Другое дело, когда законопатишь в щели своего врага и хочется выдохнуть и чуточку отдохнуть, как появляется божество и говорит нечеловеческим голосом: Эгегегей йо твою мать.
То есть — да начнётся Война Богов, не принять участие в которой нет не единого шанса.

Тимофей Кулабухов, Сергей Шиленко Нам сверху видно все Закрытый зал для совещаний на верхнем ярусе Столбовой башни благоухал свежей штукатуркой. Башня, построенная при помощи магии, но только не когда маг взмахивает рукой и возникает строение. Нет, тут всё было более кропотливо, когда десяток магов Штатгаля и ещё столько же мобилизованных, матерясь (думаю, что в ругани бывших гражданских магов нашлось место и мне, и Муррангу, который был идейным вдохновителем этого циклопического сооружения), перемещают камни и устанавливают их друг на друга, игнорируя их весьма приличный вес.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Холодный ночной бриз со стороны моря нёс запах разлагающихся водорослей. Волны лениво плескались у скального основания Шаманского стола.

Я стоял, уперевшись о каменные блоки стены и смотрел вдаль в морской горизонт. Созерцание моря всегда умиротворяли меня.

Фомир устроился на соседнем зубце стены. Маг протянул мне пузатую кожаную флягу. Я сделал хороший глоток терпкого подогретого вина и вернул емкость обратно. Алкоголь лишь слегка притупил ноющую боль в мышцах и суставах после испытаний последних дней.

Глава 26

Цветок во льду

Я откинул бронзовую застёжку книги. Переплёт сухо хрустнул.

Тексты Проппа отличались сухой академической структурой. Никаких молитв, никаких хвалебных од или абстрактных метафор.

Справочник инженера-архитектора по устройству мироздания.

— Что думаешь насчёт Бисс Урая, Фомир?

— Я думаю, что ты сбрендил, Рос. Ты берёшь в подчинение нежить. У нежити одна мечта, сожрать всех живых, их надо истреблять.

— Да ну? — ехидно спросил я. — Мне тут один неживой парняга некстати напомнил битву на Фанделлеровских холмах. И то, что исход битвы решила Мёртвая пехота. Ну, как битвы… У нас нулевые потери, а у врага процентов двадцать от силы смогли сбежать. Там о достойном сражении для них даже речь не шла. Ты помнишь эту чудесную историю?

Фомир вздрогнул всем телом и подёрнул плечами, словно стряхивая с себя холодное мокрое одеяло.

— Такое забудешь? — буркнул он.

— Тогда и тот факт, что на нашей стороне сражались мёртвые, тоже осознаешь в полной мере.

— Рос, такие рассуждения и мораль — прямой путь в некроманты. Это они любят говорить, а что тут такого, мёртвым не больно, мёртвым не страшно, а что тут такого? А потом они кладут на алтарь пару деревень ради очередного кровавого ритуала и, чтобы завалить этих психов, требуется усилия двух сотен учеников академии и трёх десятков действующих магов. Причём не для всех учеников это хорошо заканчивается.

— Это ты что-то из личного опыта вспомнил? — предположил я.

— Да, — он сделал большой глоток вина и протянул мне.

— Ладно, давай так, в некромантию я лезть в любом случае не собираюсь, магия вообще не моё.

— Я рад, — в его голосе звучало искреннее облегчение.

— Зато, кроме списка богов, в количестве двадцать три позиции…

— А должно быть четырнадцать имён, — перебил меня маг. — Любой жрец зачитывает этот список наизусть ещё с послушников. Никаких дополнений не существует.

Я проигнорировал сомнения мага и завершил чтение рунического столбца.

— Так вот, кроме двадцати трёх имен я вычитал в книге и про так называемых полубогов. Полубоги, — я открыл книгу на закладке, сделанной из оперения с обломком эльфийской стрелы.