ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Боги ненавидят титанов. Боги ненавидят друг друга. Боги презирают смертных. Боги грозятся разрушить мир.
И есть Рос Голицын. Ему плевать. Он просто выигрывает войны.

Столица гномов Для переброски из Цитадели использовался второй плац. Портальные кольца поставили туда временно, что говорится, на пять минут. Армия Штатгаля выстроилась в коробки и сейчас в нетерпении почёсывалась, ворчала и переругивалась от нетерпения. Боевая машина прогрета и ждёт команды на старт. Мурранг и Хрегонн всем своим видом демонстрировали нетерпение. Братья-квизы стояли чуть впереди гномьей пехоты и рвались кинуться в бой, помочь соплеменникам спастись от нападков прихвостней Тейла. К сожалению, я не мог прокачать их при разрушении алтаря Тейла, хотя с точки зрения общей стратегии это было бы лучшим выходом.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Косматый, вечно пьяный, с сальным взглядом, от которого на детей нападала беспричинная паника. И я не был исключением — он был живым воплощением ужаса, опасности, зла. Он был тем бабаем, толстым, злым, жадным, с огромной пастью, про которую пацаны болтали, что он ест суп из детей.

Горло перехватило от внезапного спазма. Липкая животная паника ударила по ушам. Детское тело инстинктивно сжалось в ожидании громкого крика или затрещины. Рефлекс прошлого оказался физически осязаемым, настоящим до тошноты.

Мне потребовалось времени столько, сколько затратило моё сердце на два гулких удара.

Элтагон не пытался меня убить напрямую. Он прошиб мою ментальную защиту

и проник в мой мозг. Могущественный бог выстроил механизм подавления на основе моих собственных воспоминаний.

Ментальная связь с Роем отсутствовала. Мира Гинн не существовало, всей моей взрослой жизни, всего на свете, всей моей личной истории.

Меня отделяло от них что-то вроде колпака, вся моя жизнь казалась не реальной, выдуманной, просто фильмом, который посмотрел перед сном, чем-то что случилось — не со мной.

Мои собственные мозги подводили, выталкивали меня в состояние семилетнего пацана.

Не было никакого Фомира, Хайцгруга, серьёзного Новака, расхлябанного Фаэна и моих верных полков.

Не было моих клинков, в том числе скрытого ношения, как и брони.

Мужчина на диване тяжело подался вперёд.

— Чего уставился, щенок? — голос дяди Жоры прозвучал хрипло и давяще. — Твои папа и мама попросили присмотреть за тобой, но ты вёл себя не хорошо.

Слова несли в себе яд и угрозу, они разрушали мою волю и требовали подчинения перед лицом страха.

Что отличало меня и я это знал с детства? Страх. Восприятие страха. Я не видел смысла в страхе и даже когда боялся, не давал захватить страху себя и влиять на мои действия.

Страх плохой мотиватор для свободного человека. Страх получить люлей от старшаков не должен останавливать меня. Страх получить двойку от высказывания своего мнения. Страх отказа от того, чтобы задать вопрос. Страх неудачи от попытки, потом ещё одной и ещё, и ещё. У меня никогда не получалось всё легко и просто и если бы я позволил страху повлиять на решимость сделать ещё попытку, почти безнадёжную.

Я потянулся к воспоминаниям. Поскольку мои личные воспоминания сейчас отравлены, мне нужно…

О!

Боинг над Явой, мне отец рассказывал. Здоровенный пассажирский Боинг попал в облако вулканического пепла и все четыре двигателя встали. Экипаж сохранял спокойствие, хотя ситуация была смертельной и пытался запустить двигатели. Полный алгоритм. Попытка номер один — неудача. Алгоритм с начала — неудача.

Самолёт спускается на бреющем. Впереди горы, можно попробовать посадить самолёт на воду, но он наверняка разобъётся.

Попытка номер десять — неудача.