ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ловил воров, а теперь рраз! и валю демонов в ином мире. Да не один, а со своим верным корги и... Гаражом.
Гаражом, в котором тридцать лет собирал нужные и полезные вещи.
Видели бы это те, кто называл их старым хламом! А я всегда знал, что в хозяйстве всё пригодится.
Особенно, когда надо развивать и защищать собственную деревню в мире полном тварей, которые хотят тебя сожрать. И людей, которые может быть ещё похуже демонов.

Стоял у кровати и тихо, с подвыванием ворчал в темноту. Корги — порода деятельная, ему бы носиться да гонять; мало ли что приснилось. Я уже начал заворачиваться обратно в одеяло, когда сообразил: по ночам-то Булыч меня обычно не трогает. Дрыхнет в коридоре на коврике и в ус не дует. А тут стоит, косится то на меня, то на окно. Со стороны участка донёсся глухой короткий звук, будто уронили что-то тяжёлое. Потом ещё раз, осторожно, словно в четыре руки придерживали. Я спустил ноги на пол, натянул штаны. В голове машинально промелькнуло воспоминание, как я вечером проверял заперта ли калитка.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тушки заволокли внутрь всей кучей, и стены немедленно начали руководить процессом.

— Левее. Ещё левее. На клеёнку, я же просил на клеёнку! Начальник, они у тебя мокрые.

— Они у меня дохлые.

— Одно другому не мешает.

Трофеи, как всегда затянуло белым туманом, внутри деловито зашуршало, и через несколько минут всё было готово.

На брезенте лежала выкладка: девять шкур стопкой, кости отдельно, когти в жестянке, зубы и почему-то отдельной кучкой сухие жилы.

'Переработано: демон мелкий, стайный (9).

Получено: шкура тонкая (9), кость (11), коготь (28), зуб (мелкий, россыпь), жила (короткая, 6).

Гараж достиг 4 уровня.

Открыто: одинаковые трофеи перерабатываются партией. Выход материала выше, мелочь больше не теряется.'

— Партией! — восхитились стены. — Ты слышал? Партией!

— Слышал.

— Начальник, а неси ещё. У меня прям руки чешутся.

— У тебя нет рук.

— А чешутся, — не сдавался Гараж.

Из ворот я вышел уже в сумерках и сразу увидел Соню.

Она таскала воду от колодца к грядкам. Кто-то смастерил для неё что-то вроде коромысла, так что брала она сразу по два ведра, но всё равно половину проливала.

Зато шла упорно, туда и обратно, и на грядке при этом лежала раскрытая тетрадь, чтобы не забыть, сколько и куда вылила.

Вот же как быстро всё поменялось. Ещё позавчера нос воротила от тяжёлой работы, мол не барское это дело. А теперь от грядок не оттащишь.

Пожалуй, надо ей сказать, чтобы не перестаралась. Ребёнок всё-таки. А то она с таким энтузиазмом надорвётся ещё. А мне все здоровые нужны.

Только я переговорил по этому поводу с Соней, как меня окликнула Глафира:

— Господин Никифор, зерно в амбаре кончилось! — сообщила она, — страусов теперь пасти надо. Или ещё что-то придумать. А то не будет нам скоро этого вашего элик… эле… кличества, в общем!

Особой новостью для меня это не стало, зерна, которое мы нашли в птичнике, было изначально не много. Так что я сразу знал, что надолго нам его не хватит.

Но решать вопрос всё же как-то надо.

И тут я вспомнил про комбикорм, который в первый день Миша предлагал схомячить.

Брал я его по хорошей цене сразу несколько мешков. Для поросят, которых собирался завести года три подряд и так и не завёл, а мешки остались.

А комбикорм он комбикорм и есть. Не сожрали свиньи, съедят и страусы. И ещё добавки попросят.

Мешок я вскрыл прямо во дворе.

Внутри всё было как положено. Серая дроблёнка пополам с отрубями, крупная, пыльная, пахнущая мельницей.

Вот только сухим такое не сыплют.

Свиной корм грубый, его всегда разводят и дают влажной мешанкой. Птица от сухой дроблёнки половину растеряет, второй половиной подавится, а витамины из неё и вовсе пройдут мимо.

Так что понадобилась вода.

И тут я поднял голову и увидел Соню, которая как раз тащила от колодца очередное ведро, на этот раз, вняв моим советам, только одно. И то не полное.

— Соня.