ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сергей наконец на свободе и больше всего хочет одного - жить спокойно. Только страна, в которую он вернулся, уже стала другой. Вокруг дикий капитализм девяностых, передел собственности, вчерашние друзья становятся врагами, а на территории бывшего СССР вспыхивают межэтнические конфликты.
Сергей не ищет приключений и не собирается снова воевать. Вот только в такое время спокойная жизнь - роскошь, которую ещё нужно суметь себе позволить.

Я стоял у ворот Лефортово с рюкзаком за спиной и никак не мог сделать первый шаг. Я попросту не верил, что всё закончилось, и закончилось совсем не так, как предрекал мне Михайлов. Год, целый год я просидел в одиночной камере… Первые три месяца после памятного разговора и моего награждения я ждал, потом перестал. Да и в эти три месяца не происходило абсолютно ничего, про меня как будто забыли. Не было допросов, трибунала, приговора, помилования — ничего. Пока есть срок, пусть даже приблизительный, жить проще. Можно зачёркивать дни, считать недели, злиться на тех, кто задерживает решение, но всё равно знать: где-то впереди существует конкретная точка, после которой откроется дверь.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Два звания подряд. Лейтенант и старший лейтенант, присвоенные с разницей в десять дней. А вот в графе, где указывались награды, действительно вместо новой записи стоял какой-то код и прочерк. С фотографии в военном билете на меня смотрел хмурый парень в военной форме, а вот погон видно не было. Я провёл пальцем по фотографии. Странное ощущение. Словно документы принадлежали не мне, а человеку, которого я когда-то давно хорошо знал, но почти забыл.

— Всё?

— Всё.

Меня снова повели по коридорам. Последняя дверь оказалась совершенно обычной, даже не оббитой металлом, как всё здесь. Небольшое помещение, дежурный, журнал.

— Распишитесь.

Расписался. Щёлкнул замок. Я оказался в шлюзе, между тюрьмой и свободой. Как только тюремная дверь за мной закрылась, открылась новая, которая вела в совсем другой мир.

Я вышел наружу и остановился. Ничего не произошло. Не было музыки. Не было встречающей делегации. Никто не хлопал меня по плечу и не говорил, что всё закончилось. Просто очередное освобождение Сергея Серёгина из тюрьмы, Событие радостное, но вполне рядовое.

Передо мной была Москва. Обычная улица, машины, автобус. Люди куда-то спешили по своим делам. Женщина тащила сумку. Мужик возле остановки курил. Где-то сигналил автомобиль. Я поднял голову. Небо оказалось огромным. После тюремного прогулочного дворика оно вообще выглядело ненормально большим.

Прохожий задел меня плечом.

— Мужик, ты чего встал посреди дороги?

— Да так.

Я отошёл от ворот. Шаг. Второй. На третьем почему-то обернулся. Высокая стена никуда не исчезла. Я смотрел на неё секунд десять, после чего сунул руки в карманы и пошёл прочь.

Свободен. Я повторил это слово про себя ещё раз. Не помогло. За последние годы я слишком хорошо научился не верить обещаниям. Наверное, поэтому окончательно поверил, что меня действительно выпустили, только когда свернул за угол и ворота Лефортово исчезли из виду.

Я остановился возле первого попавшегося газетного киоска. На витрине лежали газеты с какими-то новыми фамилиями, рекламой, ценами, от которых я отвык. Рядом торговали сигаретами, жвачкой и какой-то импортной дрянью. По улице проехала иномарка, за ней — грязный «Икарус». Мир прекрасно прожил этот год без меня. И, судя по всему, успел довольно сильно измениться. Я посмотрел на деньги, которые мне вернули в Лефортово, потом на телефонную будку через дорогу. Вот теперь появилось первое настоящее желание. Позвонить домой.

Я перешёл улицу, открыл тяжёлую дверь будки и снял трубку. Только набрав первые цифры, вдруг понял, что у меня дрожат руки.

Гудки шли долго. Я считал их машинально, как когда-то считал шаги от стены до стены. Пятый, шестой, седьмой. Никто не отвечал. Я положил трубку, немного постоял и набрал ещё раз.