ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ну приехали. В смысле, я так не договаривалась! Покупала билет в Анталию, а не на тот свет! И уж точно не собиралась открывать глаза среди осколков странной скорлупы, барахтаясь в непонятной липкой жиже и отчаянно пища. Да кто так рождается вообще, если это новое рождение?! Я что, переродилась птичкой? А, нет… судя по тому, что вокруг болото — скорее лягушкой. Или головастиком? Но у икринок нет твердой скорлупы… Тьфу, о чем я только думаю?! Божечки-кошечки, да это не лягушатник вовсе! Это крокодилятник!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Значит, их проверим позже. Мужчина раза в два крупнее меня, он точно бы не протиснулся, и пыли в них даже на глаз по щиколотку. В крайнем случае можно в этих проходах «застрять», устроив своему тюремщику веселое времяпрепровождение при моем выколупывании.

А вот третий проход широкий, явно рукотворный. Точнее, стены скорее выгрызали и драли когтями. Зубки у ящера плотнее камня, берем на заметку. Вел этот проход в довольно просторную пещеру. Даже больше, чем первоначальная. И в ней был топчан! Каменный, правда, но вполне настоящий. На

этой монументальной платформе громоздились подушки, а сверху красовалось покрывало с ворсом. Пушистым даже на вид.

Да ладно. А говорил, нет у него кровати. Получается, магмомордый просто надо мной ржал. Издевался. Или жадничал, скотина рогатая. Тоже мне…

― А еще детей хочет завести, ― вслух возмутилась я. ― Первое правило нормального мужика: хочешь размножаться — обеспечивай ресурсы. На халяву только пинков отхватить можно и головную боль на сдачу.

Высоковато, конечно, но можно попробовать забраться. И посмотреть, что там в кровати. Что-то виднеется…

― Ку-куда? ― напомнила о себе моя все еще лысая птичка.

Впрочем, оранжевые пеньки на ее черной шкурке вроде бы подросли. Но от этого, если честно, выглядели еще страшнее.

― Туда. ― Я, пыхтя, перебралась через подушечный Эверест. ― Не отставай! Тут что-то интересное.

― Не смей! ― рявкнуло у меня за спиной так, что пещера затряслась.

* * * * *

― А зачем тебе кладка, если у тебя уже есть яйцо? ― Я сидела, обняв здоровенный оранжевый шар, даже не слишком заостренный с одного конца, как положено приличному яичку.

Обнимала я его крепко и отпускать не собиралась. Потому что саламандр уж больно нервно отреагировал на то, что я залезла в кровать, и явно горел желанием выдернуть меня оттуда за шиворот. А может быть, и отшлепать. Но пока у меня в руках оставался «заложник», бешеный дяденька только бегал по пещере туда-сюда и ругался.

― Потому что этому яйцу уже более двухсот лет, глупый цыпленок! Оно все равно уже не вылупится… Оставь его в покое.

― Зачем тогда так нервничать? ― не поняла я.

И машинально погладила скорлупу. На ощупь она была как шершавый камень.

― Не твое дело!

― Нет уж, очень даже мое. Ты меня сюда притащил, ты от меня семейной жизни требуешь, а о старших детях рассказывать не хочешь. Так не пойдет, дорогой.

― Какой еще семе… ― Саламандр подавился воздухом, остановил бег от стены к стене и уронил наконец маску с лица. Под ней оказалось вполне обычное мужское лицо. Красивое. ― Какой еще «дорогой»?! Ты совсем умом тронулась?!

― Я?! ― Яйцо оказалось приятно теплым и грело меня, придавая уверенности.