ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ну приехали. В смысле, я так не договаривалась! Покупала билет в Анталию, а не на тот свет! И уж точно не собиралась открывать глаза среди осколков странной скорлупы, барахтаясь в непонятной липкой жиже и отчаянно пища. Да кто так рождается вообще, если это новое рождение?! Я что, переродилась птичкой? А, нет… судя по тому, что вокруг болото — скорее лягушкой. Или головастиком? Но у икринок нет твердой скорлупы… Тьфу, о чем я только думаю?! Божечки-кошечки, да это не лягушатник вовсе! Это крокодилятник!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

― Загубишь малышей! Столько лет лежат, бедные, ни тепла, ни ласки… Я бы тоже не вылупилась!

― Ладно, можешь уходить. Чувствую, проблем от тебя будет больше, чем пользы, ― устало сказал саламандр. ― Я даже портал открою к куполу. Вывалишься в паре тысяч шагов, дальше сама доползешь.

― Все равно не отдам.

― Ну и… забирай! ― сердито рявкнул ящер, одновременно с этим с силой ударяя по стене пещеры, отчего в сторону топчана полетели огненные искры, поджигая тот. ― Давно пора избавиться от этих воспоминаний! Все! Пошла вон!

И он что-то сделал. Махнул рукой, словно разрезал ножом воздух за моей спиной. А потом толкнул меня в разрез и мы с испуганным кудахтаньем полетели неизвестно куда.

Второй раз за сутки, блин! А-а-а-а! Куд-куда?!

В лужу. Большую, вонючую и холо-о-одную! Ы-ы-ы-ы!

Я чуть не захлебнулась, пытаясь выбраться и не потерять ни яйца, ни одеяла. А когда выползла на липкий от тины берег, от души выматерилась в низкие тучи. Да что ж такое! Холодно, мокро, мерзко. Яйцо тяжеленное. Мы с курицей лысые. И трофейное саламандровое одеяло намокло!

Впрочем, с последним я ошиблась. Неизвестным образом странная ткань цвета застывшей лавы — серая с продрисью — оказалась не только сухой, но

и теплой.

То есть, когда я окончательно пришла в себя, сняла хламиду и попыталась ее выжать, вода из лужи просто скатилась обратно на землю, оставив в моих руках сухое пончо. Хм… ну хоть что-то!

Я натянула одеяло обратно, спрятала под него яйцо и подпоясалась выдранной с корнем лианой. Во, не вывалится. Можно топать. Только куда? И как?

Задумчиво пошевелив пальцами босых ног в липкой грязи, я вздохнула. Думай, Ада, думай. Тебе обещали пару тысяч шагов, это, по идее, недалеко. Но в какую сторону?

Яйцо под одеялом соскальзывало, потому пришлось умостить его на место живота. Я тут же стала похожа на беременного пингвина. С этим образом хорошо сочетались моя лысина и курицын оранжевый клюв. Ну, и одеяло добавляло в эту картину своего сюра.

Хотя лысина уже обросла коротким — в полтора миллиметра — пушком. Какого цвета — не скажу, потому что в луже отражалась только грязь. Совсем весело. Ну, да пофиг.

― Ты можешь подпрыгнуть повыше и посмотреть, в какой стороне купол? ― без особой надежды спросила я у своего духовного облика.

― Ку-куда?! ― удивилась курочка.

― Ну да. Я тоже не знаю, а надо бы определиться. Иначе уйдем в болота, вместо того чтобы попасть домой.

― Ко-кок.

― Согласна. Ну что, прыгать будешь?

Птица смерила меня укоризненным взглядом, вздохнула и вдруг захлопала лысыми обрубками крыльев. И действительно взмыла в воздух метров на пять.

Только вот в высшей точке полета она вдруг заорала, словно подстреленная, и камнем рухнула мне на голову.