ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Когда твоя новая жизнь начинается с оплеухи, это… бодрит.
Особенно если ты помнишь свою смерть и точно знаешь, что не должна была воскреснуть.

Когда твоя новая жизнь начинается с оплеухи, это… Особенно если ты помнишь свою смерть и точно знаешь, что не должна была воскреснуть. Я не просто воскресла, но и вернулась в собственное прошлое? Отличается только тем, что я очень плохо вижу и слышу. Все предметы вокруг размыты и словно окружены неясным светящимся ореолом, а звуки искажаются и похожи на глухой скрежет в глубине колодца. Зато смысл слов перепутать нельзя: — Завтра ты выходишь замуж. Если ты еще раз посмеешь устроить скандал или отвратительное представление, я прикажу тебя выпороть и запереть!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Полдень встретил меня в кустах у дороги, на перекрестке у трех зеленых от мха валунов, по которым я наконец смогла немного сориентироваться и понять, где нахожусь. Действительно, это дорога от моего бывшего дома до Шаоны, первого большого города на пути к Рассветной гавани, в которой и располагалась Академия стихий. Только вот, кажется, за ночь я сумела проделать путь, в прежней жизни занявший у меня почти три дня. Очередная странность?

Так или иначе, надо было отдохнуть и прикинуть, что дальше. Идти прежним путем у меня желания нет, но сумею ли я с него свернуть? Стихии — единственный способ избавиться от опеки мачехи и послать к демонам в темное пламя договор о помолвке с Ваном. В прошлый раз я не только сумела добраться туда вовремя, но и, притворившись мальчишкой и сменив имя, поступить не куда-нибудь, а на боевой факультет.

Это был хороший выход. Но нужен ли он мне сейчас? Хочу ли я снова встретить тех, кто был моей жизнью, моим сердцем и моей смертью?

Так, отставить философию. Пока будем разбираться с обычными, насквозь приземленными проблемами: сандалии безбожно натерли ноги, глаза слипаются от усталости, в пустом животе играет оркестр из разнокалиберных барабанов. Плюнуть ли мне на голод, выспаться прямо тут, в кустах, ближе к вечеру двинувшись на поиски пропитания, или все же дотерпеть и дошагать до городской стены, где можно будет еще до заката обменять подставку от подсвечника на звонкую монету? Где находится контора старого Таракана, я прекрасно помню. Он, конечно, жулик и обдурил меня в прошлый раз как последнюю овцу. Но теперь я знаю, что ему сказать и как заставить вести дела относительно честно.

Немного посовещавшись сама с собой, я пришла к компромиссу. Два часа сна, а потом марш-бросок до города, и я все успею. Будет и ужин, и нормальный ночлег в одной из окраинных забегаловок.

Так и вышло, со своим телом я всегда могла договориться, что в прошлой жизни, что в этой. Недолгий сон освежил, заново перетянутые сандалиями лодыжки вели себя прилично, и городская стена выросла на горизонте даже чуть раньше, чем я рассчитывала. Конечно, в главные ворота я не сунулась — прошлого опыта хватило. Но если пойти вдоль стены на запад, через пару тысяч шагов будут другие ворота, не такие большие и совсем не парадно оформленные. Они называются «Дымные» за то, что расположены на стыке кварталов гончаров, пекарей и банщиков. Здесь всегда пахнет горячим хлебом и сгоревшим торфом, скрипят телеги, нагруженные дровами, кричат продавцы пирогов с требухой, а плату за вход взимают с воза, а не с носа.

Проскользнуть в толпе между двумя телегами щуплому мальчишке с покрытым пылью лицом — дело двух минут.