ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Селена Маккой
Когда-то давно Диего Карраско, звезда европейского футбола и капитан "Королевских щитов", разбил мне сердце, и я не планировала возвращаться в его жизнь. Однако судьба распорядилась иначе, сведя нас через годы, когда я стала его помощницей. Я чувствую вину за свои прошлые ошибки и боль от старых ран. Но ради этой работы я готова пройти через испытания и даже попытаться вернуть доверие Диего.
Диего Карраско
Этот сезон обещает стать самым важным в моей карьере. Но проблемы с контрактом, прессой и появление в команде нового игрока лишь добавляют головной боли. Мне нужно сконцентрироваться на футболе, чтобы остаться в "Королевских щитах". Новая ассистентка должна была мне в этом помочь, но оказалось, что это Селена Маккой, девушка, которая уничтожила меня много лет назад. Теперь она может оказаться либо моим спасением, либо погибелью. Но я готов рискнуть.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Рука Селены нежно обвила мою, словно невидимая нить, связывающая нас, которая становилась крепче с каждым годом. Солнце, пробиваясь сквозь плотный слой облаков, ласково освещал памятник. Наш пятилетний сын Николас попытался поймать солнечные лучики своими крошечными ладошками, а когда ему это не удалось, надул свои пухленькие губки, унаследованные от мамы, и с громким выдохом выпустил воздух.

– Папочка, мамочке больше не грустно? Мы можем уже поехать домой? – спросил Нико, слегка дергая меня за руку.

Ему трудно понять, почему мама и папа такие грустные, и зачем мы приехали сюда в такую холодную погоду. Он еще слишком мал, чтобы осознать всю глубину утраты, но слишком чуток для своего возраста.

Селена осторожно опустилась на колени, оказавшись на одном уровне с нашим сыном, несмотря на свой заметно округлившийся живот. Она была на восьмом месяце беременности – мы ждали дочку – и завтра утром планировали возвращаться в Мадрид после трех недель отдыха у Энни и Джейкоба, чтобы подготовиться к ее рождению

– Мамочка не грустит, малыш, – сказала она, убирая со лба Николаса выбившуюся из-под шапочки прядь волос, таких же темных, как у меня, чтобы они не мешали ему видеть. – Просто я немного соскучилась по своему братику, ведь мы редко приезжаем к нему в гости, правда?

Нико кивнул,

а я помог своей жене встать.

– Может, ты хочешь оставить подарок для Тео, который принес с собой?

Мой сын оживился, его большие глаза загорелись любопытством и радостью. Он достал из кармана куртки свою любимую машинку из коллекции и аккуратно положил ее рядом с другими игрушками и свежими белыми розами.

– До свидания, дядя Тео. Мы будем скучать по тебе, но скоро вернемся и приведем с собой Лусию. – Нико повернулся к нам. – Она же поедет с нами, да?

Он говорил о своей младшей сестричке, встречи с которой ждал с нетерпением.

– Конечно, приятель, – ответил я.

Селена прижалась ко мне, положив голову мне на грудь, по ее щекам катились слезы. Я крепко обнял ее, целуя в макушку и наблюдая за нашим сыном. Он продолжал что-то тихо говорить, глядя вверх, туда, где, как он верил, находится его дядя Тео – человек, которого он никогда не видел, но всегда будет помнить. И тогда я ощутил глубокую благодарность судьбе за второй шанс, который она подарила нам с Селеной. За возможность исправить прошлые ошибки и создать совместную жизнь. За ценный урок, который я усвоил и теперь мог наблюдать за единственными трофеями в жизни, которые имели значение.

Мы простояли так еще некоторое время. Я просто держал любимую в своих объятиях, понимая, что моя поддержка – это все, что мог дать ей в этот момент, и этого было достаточно, потому что именно это и называется любовью.