ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Необычная девушка. Загадочный мужчина. Старинный замок. Что может пойти не так?
Корвина Клемм, будучи изгоем на протяжении всей своей жизни, после потери матери, осталась на произвол судьбы. Когда она получает письмо о зачислении от таинственного Университета Веренмор, она принимает это как знак от вселенной. Однако последнее, что она ожидает, это старый, уединенный замок на вершине горы, пронизанный тайнами, обманом и смертью.
Всю свою жизнь Вад Деверелл был загадкой, ему нравилось быть закрытой книгой, но он знал обо всем происходящем в Университете. Профессор, работающий на полставки над своей диссертацией, Вад здесь достаточно долго, чтобы быть в курсе, какие опасности таит в себе замок. И он понимает, что в тот момент, когда его пути пересекаются с Корвиной, она опасна для всего, чем он является.
Они не должны были попадаться друг другу на глаза, не должны были встречаться взглядами. Они не могли. Но ледяная вековая тайна заставляет их столкнуться. Каждые пять лет на протяжении более ста лет люди пропадают, и Корвина получает подсказки к разгадке этого секрета. Но Вад в свою очередь обязан приглядывать за ней.
И вот так начинается сказка о таинственности, боли, мрачности и глубокой любви, которая расцветает в самых неожиданных местах.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он уже знал, что она там. Будет лучше, если она просто спустится вниз.

Глубоко вздохнув, она собрала свое платье в руку, которая сжимала его, и направилась к лестнице, подняв свечу, освещая путь.

— Господи, — услышала она, как он выругался, но не обернулась.

Должно быть, она выглядела призрачно в своем белом платье, с длинными волосами цвета воронова крыла и подсвечником в руке. Не останавливаясь, она спустилась тем же путем, каким пришла, ее сердце билось в унисон с ее шагами, на этот раз громко на винтовой лестнице, ее платье и распущенные волосы развевались позади, вероятно, делая ее похожей на сумасшедшую. Что за первый день.

Она почувствовала на себе его взгляд с верхней площадки лестницы и заколебалась, поддавшись искушению хоть раз взглянуть ему в лицо, чтобы больше никогда его не увидеть. Посмотрев на него снизу, она увидела, как его глаза, светлые глаза, цвет которых она не могла определить, встретились с ее. Ткань ее платья скрутилась в кулаке, когда пульс участился, наблюдая, как он наблюдает за ней.

Корвина сглотнула, желая сказать ему, что не хотела его беспокоить, сказать ему, что он, возможно, был самым мрачно красивым мужчиной, которого она когда-либо видела, что он играл так, как будто был проклят, чтобы играть за свою жизнь. Она хотела сказать ему все это, но промолчала.

А потом она увидела это — яркую белую прядь, проходящую по его волосам спереди, и исчезающую сзади.

Внезапно ее осенило, она вырвалась из-под его пристального взгляда и побежала вниз по лестнице, быстрым шагом направляясь в свою комнату, решив выбросить эту встречу из головы.

Потому что светлые глаза и прядь седых волос означали только одно — она только что встретила серебристоглазого дьявола из Веренмор.

Глава 3

Корвина

Раскат грома сотряс стены замка. Корвина стояла под навесом Административного Крыла, только что забрав свои книги и кое-какие канцелярские принадлежности, наблюдая за захватывающим видом с вершины горы.

Даже после недели пребывания в Веренмор она не могла удержаться от того, чтобы не остановиться и не полюбоваться видом при каждом удобном случае. Это не было похоже ни на что, что она могла себе представить раньше. В детстве она не смотрела много фильмов и не пользовалась Интернетом, чтобы увидеть достопримечательности, подобные этому. Это одна из причин, по которой отсутствие телефона или Интернета в Университете не очень беспокоило ее. У нее этого никогда не было. Существовала одна телефонная линия для экстренных случаев и для заказа припасов. Все остальные дела она совершала через городскую библиотеку раз в неделю. Мама научила ее самодостаточности.

Она прижала книги к груди от боли, которую вызвала в ней мысль о матери, а затем стряхнула ее. Не время предаваться ностальгии.