ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Необычная девушка. Загадочный мужчина. Старинный замок. Что может пойти не так?
Корвина Клемм, будучи изгоем на протяжении всей своей жизни, после потери матери, осталась на произвол судьбы. Когда она получает письмо о зачислении от таинственного Университета Веренмор, она принимает это как знак от вселенной. Однако последнее, что она ожидает, это старый, уединенный замок на вершине горы, пронизанный тайнами, обманом и смертью.
Всю свою жизнь Вад Деверелл был загадкой, ему нравилось быть закрытой книгой, но он знал обо всем происходящем в Университете. Профессор, работающий на полставки над своей диссертацией, Вад здесь достаточно долго, чтобы быть в курсе, какие опасности таит в себе замок. И он понимает, что в тот момент, когда его пути пересекаются с Корвиной, она опасна для всего, чем он является.
Они не должны были попадаться друг другу на глаза, не должны были встречаться взглядами. Они не могли. Но ледяная вековая тайна заставляет их столкнуться. Каждые пять лет на протяжении более ста лет люди пропадают, и Корвина получает подсказки к разгадке этого секрета. Но Вад в свою очередь обязан приглядывать за ней.
И вот так начинается сказка о таинственности, боли, мрачности и глубокой любви, которая расцветает в самых неожиданных местах.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Дверь закрыта, но не полностью.

Поднимаясь по последним ступенькам, она замялась, не желая, чтобы кто-то на другой стороне знал, что она там, и прекратил играть. Закусив губу, она молча на цыпочках подошла к приоткрытой двери и заглянула внутрь.

Парень, нет, мужчина, сидел перед большим темным деревянным пианино, и ей был виден только его боковой профиль. Отодвинув свечу за дверь, укрываясь в тени, она наблюдала за ним в лунном свете.

Он сидел в полутьме, одетый во все черное, рукава его свитера задрались до предплечий, глаза были закрыты, когда он наклонился вперед, линия его челюсти была квадратной и с щетиной, прядь темных волос падала вперед.

Он был... великолепен.

Прекрасен в том смысле, в каком была прекрасна боль, потому что она сжимала грудь и заставляла что-то внутреннее оживать в животе и принуждала кровь закипеть в венах. Прекрасен в том смысле, в каком она представляла себе темную магию, потому что она искривляла воздух вокруг себя, искажала разум и подавляла чувства. Призрак, каким могут быть только очень немногие живые существа, потому что он посылал дрожь по спине, скрывался в темноте и питался энергией вокруг.

Корвина зачарованно наблюдала, как его пальцы летали по клавишам, не открывая глаз, и навязчивая мелодия страдания плыла между ними, соединяя их в их плаче.

Он существовал где-то между черным и белым, играя; и она хотела существовать в этом подпространстве вместе с ними в этот момент, видеть то, что видел он, слышать то, что слышал он, чувствовать то, что чувствовал он. Что-то внутри нее сжалось, разжалось, снова сжалось, пока она смотрела на него, желание прикоснуться к нему и посмотреть, настоящий ли он, заставило ее ладони зачесаться. Он должен быть настоящим. Она не могла вообразить его. Или могла?

Музыка резко оборвалась, когда его глаза распахнулись.

Корвина быстро шагнула за дверь, ее сердце бешено колотилось в груди.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

Внезапная тишина в ночи казалась тяжелее, чем должна была быть. Она чувствовала, как это давит ей на шею, прямо там, где трепетал пульс, на грудь, где сердце билось в быстром ритме, на руку, которая дрожала, сжимая в кулаке ночнушку.

Молчание затянулось, и она знала, просто знала, что он наблюдает за дверью и лестницей. Она не имела понятия, откуда ей это известно, но она знала. И ей пришлось стоять и прятаться, пока давление его взгляда не уменьшилось. Кем бы он ни был, в нем ощущалась сила, не похожая ни на одну из тех, с которыми она сталкивалась раньше.

— Кто бы ты ни был, черт возьми, уходи немедленно, — выкрикнул команду мужской голос.

Его голос.

Глубокий, гравийный баритон. В нем было что-то сладкое, но богатое, пьянящее, текстурированное.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Корвина обдумала его слова и поняла, что скрываться нет смысла.