ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

После того, как у меня на глазах убили мужа, я осталась одна: с недоношенным ребёнком, долгами и свекровью, готовой выставить нас на улицу. И так вышло, что единственным человеком, пришедшим мне на помощь, оказался… брат убийцы.
Я должна была его ненавидеть. Держать подальше от себя и дочери.
Но чем сильнее я пыталась оттолкнуть его, тем ближе он становился.
И теперь я боюсь лишь одного — что однажды он не придёт.

Святоша Ида Он появился очень по-киношному – прямо из клубов наползающего с реки тумана, и двинулся к нам с Дашкой. Усталость, бессонные ночи и моя паранойя вполне могли сыграть со мной злую шутку. Но чем ближе он подходил, тем отчётливее я понимала – нет, это не фантом. Настолько большой, что он запросто мог сыграть Хагрида в новой экранизации от НВО. И, кстати, борода у него тоже имелась. Тусклые фонари вдоль набережной мигнули. Ужас скатился капелькой пота в трусы. – Стойте, – велела, пятясь, но мой голос прозвучал гораздо тоньше, чем мне бы хотелось.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Просто мне еще не приходилось иметь дело с детьми.

– Да это я так… – стряхнула слезы со щек. – Яд сцедила. Не обращайте внимания.

– Ты уж определись, на ты мы или на

вы.

– А смысл? Мы в первый и в последний раз видимся, – устало вздохнула я.

– Почему же?

– Потому что бессмысленно это все. Ты за брата не в ответе.

– Ну, это мне решать.

– Как хочешь. Только не приходи больше, ладно? Я это все забыть поскорее хочу, а ты напоминаешь.

Я стремительно развернулась и покатила вперед коляску, в которой ужом извивалась проснувшаяся дочь. Колеса увязали в снежной каше. Дашка все яростнее пыхтела, явно готовясь зареветь во весь голос.

– Ида, постой…

– Не могу, мне ребенка кормить пора.

– Я не отниму у тебя много времени. Вот возьми… – Павел протянул мне… Визитку? Их что, кто-то еще делает? Серьезно?

Я сунула клочок картонки в карман, потому что иначе он не отстал бы, и потрусила к дому. Дашка разревелась, когда я замешкалась, доставая ключи. Вкатила коляску в парадную. Сняла ветрозащиту, расстегнула комбинезончик, чтобы дочь не упрела в лифте…

– Ох, наша принцесса опять воюет, – выскочила мне на помощь консьержка.

– Ага… Спасибо, Любовь Петровна, – поблагодарила пожилую женщину за помощь с коляской.

– Да не за что, Идочка, там это… Лариса Юрьевна у вас.

Свекровь?! Только ее сейчас не хватало! Сцепив зубы, кивнула. Уткнулась носом в волосики орущей Дашки. Дверь лифта закрылась, и мы взмыли вверх.

– Ну, все-все, Дашуля. Не реви, – пробормотала я, открывая дверь в квартиру. – Добрый вечер, Лариса Юрьевна. Сколько раз мне еще вас просить, чтобы вы предупреждали нас о своих визитах? – поинтересовалась я, разуваясь в прихожей.

– Добрый вечер, Идочка. Да разве же мне могло прийти в голову, что ты потащишь Дашку на улицу в такую погоду?! Чем ты думала?! Смотри, какие у нее холодные щеки!

Даша бесновалась в руках, будто специально выбрав для этого худший момент из возможных.

– Это ж додуматься! У ребёнка слабый иммунитет, а она его таскает в такую сырость…

– Врачи рекомендуют прогулки в любую погоду. От ветра ее защищала коляска.

Я обошла свекровь по дуге и закрыла за собой дверь в спальню. Сняла с Дашки теплый бодик, стащила с себя толстовку и ткнула сосок в жадно шарящий по моему телу рот. В тот же миг в комнате установилась желанная тишина. Я блаженно зажмурилась. Мне пришлось здорово постараться, чтобы наладить грудное вскармливание, но, уверена, во многом благодаря этому Дашка практически не отставала в развитии от сверстников.

– Р-р-р… Мр-р-р.

– Ну ты и жадина! – усмехнулась я, зарываясь в жиденькие волосики дочки. – Смотри не захлебнись, торопыга…

Коснулась пальцем сахарной щечки. Да нет… Никакая она не холодная. Лариса Юрьевна умеет создать проблему из ничего.

Недавно я узнала, что она вступила в наследство.