Да, может, не такая роскошная…
– Это совершенно исключено, – отрезала я, – Илья так хотел, чтобы его дети жили именно здесь! Да и с какой радости мы должны съезжать, извините? У нас тут все под рукой. И поликлиника, и Дашкина реабилитация. У меня и так на все это уходит куча времени, а если еще придется мотаться из одного конца города в другой, то…
– То ничего страшного, Ида! Другие же люди как-то справляются!
– А вы не можете прожить без новой точки?! Потерпите до тех пор, пока я хотя бы найду работу.
– Ну какая работа, Ида? Кого ты смешишь? Куда тебя возьмут с больным ребенком?
– Дашка не больная! С ней просто нужно заниматься!
– И как ты это будешь делать, выйдя на работу?! Нет уж, милая. Давай, возвращайся в реальность. Я
тебе отличный вариант предложила.
Глава 2
Павел
Ну и вечер, мать его. Хотел помочь бабе, а в итоге пополнил список ее кошмаров. Нерв на щеке дернулся. Ветер ударил в лицо. Температура колебалась вокруг нуля – объективно не так уж и холодно. Но для человека, который последние несколько лет провел в тропиках – вполне достаточно, чтобы продрогнуть до костей. Бр-р-р…
Поежившись, сунул замерзшие руки в карманы и торопливо зашагал обратно к стоянке. Забрался в батин Патриот, который позаимствовал на первое время. Далеко не с первого раза завел двигатель. Мотор взревел так, что топчущиеся неподалеку голуби испуганно взмыли ввысь.
Что в Патриоте работало исправно – так это печка. Я практически тут же взмок. Расстегнул куртку. Окинул взглядом украшенный к праздникам двор. Надо же – даже мусорные баки, стоящие в стороне, нарядили. В этом месте за версту несло благополучием. И наверное, за Иду можно было не переживать. Наверное…
Выехал с парковки, а перед глазами ее глазищи огромные застыли. Пе-ре-пу-га-а-анные! Вроде ничего такого я и не делал, а она смотрела так, будто я нож достал, и вот-вот пущу его в ход. Может, не так к ней подходить надо было? А как? Ничего другого я не придумал, свято веря, что проблемы надо решать по факту – то есть тут же, а не кружить вокруг да около.
Я поддал газку, меся колесами снежную кашу. Развернулся к мосту, на украшение которого тоже не поскупились, благополучно его проехал, пробираясь через столичные пробки к отцовскому дому, как меня остановили менты. Да чтоб его!
Достал документы, открыл окно – печка работала на полную, внутри было как в сауне, а снаружи кусался мороз. Подошли двое. Один молодой, другой – в годах и с усами, как у Эркюля Пуаро. Молодой взял права, деловито уткнулся в них и поднял на меня недоверчивый взгляд.
– Апостол… Павел?
– Все верно.
– Михалыч! – позвал он, ухохатываясь. – Ты только посмотри, кого мы тормознули!
Я откинулся поудобнее в кресле. Жизненный опыт подсказывал, что это надолго.






