Алекс протягивает мне руку.
— Я так ненавидела аэропорты… Всем сердцем ненавидела то место, где происходят долгожданные встречи. А сейчас ты пришел. Ко мне.
— За тобой.
Поглаживаю подушечками пальцев раскрытую ладонь и только потом кладу свою руку.
Глава 55. Марта
Пока едем домой, как сказал Алекс, слушаем удары капель о крышу машины. Едем медленно, пробиваясь через вечерние пробки.
Кожу на щеках стягивают высохшие слезы, я моргаю с трудом, и от переизбытка эмоций клонит в сон. Читала, что после перенесенного стресса, организм требует перезапуститься, а сон помогает разгрузить нервную систему.
Вот уже вижу знакомый дом, шлагбаум, под которым проезжаем и ныряем на подземный паркинг. Здесь еще тише, чем снаружи. Машина мягко тормозит, и мы останавливаемся.
Сердце клокочет в груди и болезненно тарахтит.
— Приехали, — взгляд Алекса касается моих коленей.
Часы показывают ровно девять вечера. Мой самолет улетел, и, наверное, нужно предупредить Таню, что Жемчужинке с Мерсом какое-то время придется побыть в большом поместье Марино.
— Голодная?
— Нет. Не знаю… — тру лоб. У меня в желудке пустота, но я просто не могу мыслить о еде, когда моя жизнь в очередной раз перевернулась. — Не отказалась бы от кофе.
Алекс не смеет меня коснуться, хотя я вижу, как ему хочется.
Он выходит и, обойдя машину, открывает мою дверь и подает руку. Потом достает из багажника чемодан, и я слышу этот ненавистный звук колес.
Лифт довозит нас на последний этаж, а с щелчком какой-то новомодной системы открывается дверь в квартиру, где нас встречает тишина и знакомый запах одеколона Эдера.
Добро пожаловать домой?
Между нами — неловкость, маскирующаяся под фальшивыми улыбками. Та сцена в аэропорту стоит перед глазами, вызывая слезы. Это пик, воткнувшийся в нас острием. Теперь, зажимая раны, мы скатываемся.
— Значит, кофе… — Алекс суетливо снимает ветровку, разувается, на что я впервые расслабленно усмехаюсь, и идет к кухонному острову.
Сажусь на стул и принимаюсь ждать и разглядывать обстановку. Тишину губит только звук кофемашины. Громкий и трещащий.
В голове ворох вопросов, и я не уверена, что сейчас самое время их задавать. На сегодня потрясений достаточно, так?
Алекс ставит передо мной маленькую чашку и садится напротив. Я бесстыдно обвожу костяшки на его ладони указательным пальцем. На загорелых предплечьях вырастают многочисленные мурашки.
— И как мы с тобой будем теперь жить? — краснея, спрашиваю. Не выдерживаю. — У меня дом в Италии, котята и сломанный камин. У тебя уютная холостяцкая берлога, суды и чемпионат.
— В комоде в гардеробной до сих пор твои трусы и лифчики. Так что не такая
уж она и холостяцкая.
— Ты фетишист или вроде того? Скажи, пожалуйста, чтобы я знала.






