ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Одна роковая ошибка и моя размеренная жизнь оборачивается похищением. Вчера — беззаботная студентка, сегодня — «гостья» в доме мужчины, стойко напоминающего маньяка, зацикленного на правилах и порядке, мотивы которого, как ни ломай голову, неясны.
— Тридцать один день ты проведешь в моем доме.
— Почему столько?
— За это время у человека вырабатывается что-то вроде привычки.
— Вообще-то привычки вырабатываются двадцать один день.
— В твоем сложном случае плюс десять дней на закрепление.
— Спасибо за предложение, но вынуждена отказаться. Меня мои заводские настройки очень даже устраивают.
— Ты не поняла. Это не предложение, а приказ.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но как можно было сегодня повестись поехать черт знает куда.

Чувство такое, что иду на казнь. Не замечаю ни обстановку, ни куда иду. В голову вдруг пришло осознание, что это он! Это ему я ударила в пах. Да, внешность другая, но тот был такой же занудный чистоплюй!

— Повторять не буду. Будь добра. Воспринимай все с первого раза, — отодвигает стул, стоящий возле массивного, по всей видимости, рабочего стола, судя по открытому ноутбуку. Дабы не спорить усаживаюсь на стул.

Он обходит стол и усаживается напротив меня. Что-то открывает на ноутбуке, а затем поворачивает его экраном ко мне.

— Бля, — неконтролируемо вырывается из меня, как только я вижу на экране тот самый дом, в который залезла, чтобы доказать, что я не слабая трусливая принцесска, и себя, открывающую калитку. Секунда и видео останавливается.

— Что ты сейчас сказала?

— Блякотник.

— Блякотник?

— Да. Это такое растение из семейства Кирказоновых. Он же копытень европейский или рвотный корень. Он же заячий чеснок.

Способности этого мужика равнодушно выслушивать чушь — можно только позавидовать. Он берет мобильник и что-то набирает на нем. И вот сейчас я замечаю на его лице эмоции. Что-то типа недоумения.

— Просто поразительно. Действительно, блякотник. Никогда не встречал таких пиздаболикус вульгарис.

— Чего?

— Пиздаболки обыкновенной, так ловко вплетающей ахинею в нужный момент, — и это он тут будет говорить мне про маты?

— Это кто еще и такое слово. Мне нельзя материться, а вам да?

— Конечно. Мужчинам можно, женщинам нет. Двойные стандарты и тяжелая женская участь в деле. Так уж и быть, прощаю за блякотник и вульгарис, ловко вписавшийся в наш разговор. Ну что, продолжим, София Вячеславовна? Сейчас будет один из моих любимых моментов. Более неуклюжего попадания в открытую форточку я не встречал.

Раз, два, три, София на экране попадись. Оказывается, смотреть на себя со стороны еще более стыдно.

* * *

Чувствую себя донельзя окрыленной и всемогущей. Уж кто-кто, а Игорь не ожидал, что из всей компании только я не струшу залезть в чужой, с отсутствующими хозяевами, дом за провизией для продолжения банкета. Понимаю ли я, что он взял меня на слабо? Да, несмотря на гуляющий в крови виски. Но у меня не будет другого шанса доказать, что я не стервозная льдинка, а обычная, как все.

Шанса больше не будет, потому что пить еще раз в компании людей, половина из которых мечтает мне насолить — я не буду. Всего лишь достать алкоголь и что-нибудь на закуску. Что может быть проще, при открытой калитке и форточке, в которую я с легкостью влезу. Чтобы не дай Бог не опростоволоситься, не оборачиваюсь по сторонам. Пусть смотрят и завидуют моей ловкости. Беру какой-то старинный стульчик, стоящий возле покосившегося сарая, и ставлю около окна.