ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Одна роковая ошибка и моя размеренная жизнь оборачивается похищением. Вчера — беззаботная студентка, сегодня — «гостья» в доме мужчины, стойко напоминающего маньяка, зацикленного на правилах и порядке, мотивы которого, как ни ломай голову, неясны.
— Тридцать один день ты проведешь в моем доме.
— Почему столько?
— За это время у человека вырабатывается что-то вроде привычки.
— Вообще-то привычки вырабатываются двадцать один день.
— В твоем сложном случае плюс десять дней на закрепление.
— Спасибо за предложение, но вынуждена отказаться. Меня мои заводские настройки очень даже устраивают.
— Ты не поняла. Это не предложение, а приказ.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И всегда думаешь, что это очень громко. Оказывается, нет. Чувство такое, что по звуку рухнул дом, а чтоб наверняка все об этом узнали, забили тысячу колоколов в придачу.

Мамочки. Что сейчас будет? Шумно сглатываю, когда на диване, на котором расположился улыбчивый молодой мужчина, замечаю ружье.

— Ты кто такая? — произносит бородатый хриплым голосом.

— Я… я…де… де… де…

— Дебилка?

— Девочка.

— Счастье-то какое, — произносит насмешливо молодой. — А говорил, не будет девочек на ночь глядя. А оно само пришло. Лапушка, у тебя справка есть?

— От психиатра?

— Из кожвендиспансера. Я товарищ не брезгливый, а вот для деда Мазая очень важна справочка. Ну, в принципе, на крайняк зальем тебя хлоргексидином и водкой.

— Заткнись. Ты кто такая? Последний раз спрашиваю по-хорошему.

— Простите. Я случайно здесь оказалась.

— Случайно?

— Да, я заблудилась.

— Заблудилась? — вновь повторяет за мной. Глухой, что ли?

— Да. Я не в ту дверь зашла. В смысле не в тот дом.

— Ты и не в дверь зашла, — ой, блин!

— Простите, пожалуйста. Ошибалась, с кем не бывает. Я пойду, не буду вам мешать.

— Пока ты не объяснишь мне, кто ты такая и с какой целью здесь оказалась, и шага не ступишь, — только сейчас понимаю, что они тоже прилично подшофе. Мамочки!

— Давай я сначала ее трахну, а потом веди с ней любые беседы. У меня аж яйца горят от такой красоты, — произносит молодой, вставая рядом с бородатым. — Я ща закуску организую и устроим оргию. Ты с чистящими средствами будешь надрачивать. Надраивать, надраивать, конечно, полы. А я с девочкой, не обессудь.

Стою как вкопанная, смотря на то, как молодой уходит в кухню. Не успеваю среагировать, как чувствую захват на затылке. Вскрикиваю, когда бородатый до боли натягивает мои волосы.

— Я тебе сейчас такую оргию устрою, что до конца жизни не забудешь.

То ли алкоголь, то ли страх вместе с ним, но единственное, на что меня хватает, это со всей силы ударить коленом мужику в пах. И это срабатывает. Он скрючивается от боли. Я же, воспользовавшись этим моментом, вырываюсь из его захвата. Но убежать далеко не успеваю. Передо мной появляется молодой.

— Ну, лапа, это ты зря.

Паника нарастает с каждой секундой все больше. И не только она. Когда молодой берется за ремень, тошнота подкатывает к горлу. И я не сдерживаю рвущийся из меня поток, съеденной ранее колбасы и выпитого виски. Из плюсов — желающий ранее меня мужик, больше явно не хочет, ибо я заляпала не только пол, но и малость его. Из минусов — дед с поврежденными яйцами ожил.

Со всей силы отталкиваю опешившего молодого и со всей скоростью, на которую только возможно, бегу к выходу, попутно снова что-то задевая.

Обо что-то больно ударяюсь на улице и бегу куда глаза глядят.