Неправильные, черт возьми, выводы!
— Лер, — говорю я. — Я…
— Я и так вижу, — перебивает меня, хватает пацана и уводит.
— Лер! — кричу я, но она не останавливается.
Мне остается только смотреть, как она спасает пацана, который в этом совершенно не нуждается, и как снова выстраивает стену между нами.
Глава № 37 Лера
С самого утра голова забита мыслями о Дине, о словах Полины. Не знаю, прощу ли я ее, да и нужно ли ей это сейчас? Я остановила буллинг, показала, как пользоваться своей красотой. Больше я ничем ей помочь не могу. Может, и я нужна только из-за того, что рвусь помогать, даже когда меня не просят об этом.
В школе не становится лучше. Сначала я наблюдаю, как Даня веселится с друзьями, как шепчется с Полинкой. Он по-прежнему там, а я здесь. И не знаю, сможет ли это измениться.
Я понимаю, что он не обязан бросать друзей ради меня, и мы должны найти какое-то совместное решение, если хотим продолжения. Если он хочет этого. Решаю подойти к нему на перемене и предложить закончить проект. Позову к себе, поболтаем, может и разговор сам по себе начнется.
— Дань, нам надо проект доделать, — говорю я.
Он быстро смотрит себе за спину на Вовку.
— Лер, давай потом, ок? — говорит он. — Потом поговорим, хорошо?
И торопится уйти. Я могу только кивнуть. Не хочет общаться со мной в школе, избегает. Наверное, я правда лезу не туда. Наверное, ему просто больше не нужна помощь, и я, соответственно, тоже.
Отмахиваюсь от мысли, которая жжет хуже раскаленного железа. Ищу оправдания — торопится куда-то, есть свои дела. На следующей перемене сам подойдет.
Но он не подходит. Ни на одной перемене. А после уроков быстро убегает, не сказав ни слова.
Я спускаюсь по лестнице к выходу и смотрю
в окно. Когда он появляется с каким-то пацаном и прижимает его к стене, у меня все рушится. Все надежды, вся вера, все, что оставалось светлым в моей раненой душе. Он не изменился. Он получил, что хотел, и вернулся в свой мир.
Какая же я дура…
Выбегаю на улицу, вижу испуганные глаза пацана и нависающего над ним Даню. Хватаю мальчишку и утаскиваю от главного школьного агрессора. Он кричит мне в спину, но мне это не нужно.
Отпускаю пацана у ворот и ухожу домой. Полностью раздавленная, с рухнувшими надеждами. Все это была игра, и я стала в ней пешкой. Он просто использовал меня, или боялся, что я расскажу о нем, поэтому подыгрывал.
Больше я никому никогда не поверю. Хватит.
Отклоняю вызов на телефоне и заношу Даню в черный список. К чему эти разговоры? Что он мне скажет? И я так все увидела, слова тут лишние.
Возвращаюсь домой, сажусь на кухне, и ко мне подходит мама. Садится напротив меня и сначала просто смотрит. Я жду, когда она начнет говорить.
— Лер, у меня новости, — говорит она.
— Мы переезжаем? — спрашиваю я. — Можно идти вещи собирать?
— Нет, — вздыхает мама.






