ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В Ил ведут разные тропы. Одни из них давно забыты, другие же до сих пор открыты для смельчаков.
Но все их объединяет то, что они помнят много крови. Тех, кто ушёл и не вернулся. И тех, кто вернулся, но навсегда стал другим. Ибо Ил касается каждого и никого никогда не отпускает.
Раус Люнгенкраут всё больше погружается в тёмные тайны этого места, оказываясь в центре пожара, разгорающегося на топливе из тайн далёкого прошлого, проржавевшей обиды, бушующей веками алчности… и секретов, которые таятся в шкафах старых особняков аристократии Айурэ.
(обсуждается на форуме - 1 сообщений)

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я счёл, что у меня есть пара десятков секунд передышки, но не тут-то было — над головой отсутствия присутствия стала формироваться грозовая туча.

— Дери меня совы! — выругался я. Петляя, кинулся прочь.

И… мир сошёл с ума.

Вокруг меня, вертикально вверх, начали взмывать лепестки мокрого пепла, песчинки, мелкие камешки, обгоревшие веточки, угольки. Они поднимались на уровень моих глаз и оставались висеть, медленно вращаясь.

За мелкими объектами ринулись крупные — камни, ветки, кости погибших здесь в пожаре. Затем валуны, обгоревшие стволы и… ваш покорный слуга.

Моё тело в зоне ударившей магии потеряло всякое представление о весе, как и все предметы вокруг. Я дёрнулся, пытаясь зацепиться хоть за что-то, но совы дери, вокруг не было ни одного надёжно закреплённого объекта, чтобы Раус Люнгенкраут не улетел к Сытому Птаху, на луну.

В итоге всё закончилось тем, что я остался висеть, болтаясь вниз головой и дрыгая ногами в воздухе, в безуспешной попытке перевернуться в нормальное положение. Давно я не чувствовал себя столь глупо и нелепо.

Бледно-синие губы моего врага растянулись в довольной улыбке. Ну, что же. Он вправе радоваться, поймал меня, как глупую жирную нелетающую птицу и теперь считает, что может делать со мной всё, что его душе приглянется.

Он спрятал кинжал, прижал рукой кровоточащую рану над ключицей, оставленную моей пулей. Для него я был отличной целью, и нимб, формирующийся у него над головой, не предвещал ничего хорошего.

Я помянул

павлинов и, когда в меня ударил короткий свинцовый луч заклинания, выставил перед собой Вампира, закрываясь саблей, точно щитом. От удара, последовавшего за этим, у меня клацнули зубы, глаза залило алым светом, местность смазалась, закрутилась безумной каруселью.

Меня кидануло через голову, я выпустил из ослабевшей руки саблю, улетевшую в неизвестном направлении, а после появился вес, и земля немилосердно приняла меня к себе обратно, выбив дух, словно отец у непослушного, пытавшегося сбежать из дома сына.

Я, признаюсь вам, соображал с некоторой толикой усилия. Мысль, что отсутствие присутствия сейчас подбирается поближе, чтобы вспороть мне живот, крутилась… где-то. Основную часть моего разума занимал вопрос: каких сов случилось?!

Это точно не магия охотящейся на меня твари, иначе я бы уже был мёртв.

Я, забыв о боли от удара об землю, встал на четвереньки, ощущая, как сырым пеплом пачкаются руки, пополз, озираясь по сторонам. Вампир лежал в добрых десяти футах от меня. Самая желанная цель, на данный момент. Я ринулся к ней, с трудом встав на ноги, и пусть меня пошатывало, но добрался, схватил её и уже потом развернулся, выискивая врага.

Его нахождение указывал… клевер.