ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На невольничьем рынке я искала послушного раба, воспитанного в питомнике, а купила дикого дроу, пойманного в одном из дремучих лесов Альеры. Он — бывший гладиатор. Сильный, могучий, опасный. В его глазах — лютая ненависть к моему народу. Ко мне. Но я докажу, что не все люди одинаковые. Что я не такая, как те, кто мучил его в плену и обрекли на позорную, собачью смерть. Тот, кто никогда не знал ласки и заботы, узнает их. И сам, добровольно, склонит передо мной свою непокорную голову.

— Может, вам подойдет кто-нибудь из этих? — спросила моя помощница Ча́йни, и я посмотрела в ту сторону, куда указывала ее рука. Над галдящей толпой возвышались мужчины, закованные в цепи. Я видела их сквозь завесу пыли, кружащейся в воздухе. Ее принес из пустыни самум — сухой, горячий ветер, поднимающий песок в воздух. Летом город задыхался от зноя и песка. Пыль, снятая с дюн, скрипела на зубах, сушила глаза, забивалась темными полосками под ногти и в складки одежды. Проклятый, вездесущий песок проникал даже в белье.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На секунду, на один крошечный миг ящер ослеп, и этой малости, этого призрачного, хрупкого шанса, дарованного эльфу моей магией, хватило, чтобы изменить ситуацию.

Гладиатор собрал последние силы и, истекая кровью, как-то умудрился оседлать демона. Я моргнула — и вот он уже сидел на рептилии верхом и сжимал на ее шее петлю из цепей. Тех самых цепей, что соединяли рабские оковы на его запястьях.

На бедре дроу зияла страшная рана. Он был весь в разводах песка, мокрого от пота. Челюсти стиснуты. Мышцы на руках — натянутые канаты. По бокам шеи от напряжения вздулись вены. Жуткое и восхищающее зрелище.

«Убей его. Спасись, — повторяла я, зная, что мой шепот тонет в гомоне толпы и никто его не слышит. — Умоляю, выживи. Я возьму тебя к себе в дом. Я позабочусь о тебе. Только прикончи демона, задуши его, выиграй этот бой».

Пара минут — и все завершилось. Зверь безвольной грудой мяса обмяк на песке, а остроухий победитель вытянулся во весь нешуточный рост и упрямо, гордо вскинул голову. Грязный, голый, раненый, он смотрел на зрителей с вызовом.

А толпа была не рада его победе.

Не звучали овации. Не летели к ногам гладиатора белые платки. На трибунах недовольно роптали. То и дело слышался возмущенный свист.

С лязгом распахнулись ворота, ведущие на арену, и на поле боя вышли пятеро крепких мужиков с плетками.

Я сразу почуяла неладное. Под ложечкой засосало от дурного предчувствия.

Чемпиону за победу обычно полагалась награда, но не в этот раз. В этот раз чемпион должен был умереть, но оказался слишком живуч и нарушил планы своих тюремщиков. Значит, заслужил наказания.

— Не надо! — заорала я, и одновременно в воздухе засвистели кожаные хвосты плети.

На спину, на грудь, на плечи обнаженного гладиатора обрушился град ударов. Ноги дроу подкосились. Ослабленный, избитый, он рухнул на

колени и потерял сознание.

Пока я с криками продиралась сквозь толпу к арене, эльфа куда-то уволокли. Только кровь темнела на песке.

Не сдамся! Найду! Куплю.

Аса́ф аш Хаи́н всегда получает желаемое.

Упрямо сжав кулаки, я отправилась на поиски хозяев этого смелого раба.

Глава 3

— Пришлось вернуть господину Шафу его деньги. Он раскошелился, чтобы посмотреть на смерть этого ушастого ублюдка, а эта тварь выжила, — раздался звук смачного плевка. — Как ему удалось?

— И на арену его больше не выпустишь. Народу он надоел. Да и посмотри на рану. Воспалилась. К вечеру наверняка подохнет.

Я долго блуждала по рынку, пока голоса за дверью одного из торговых складов не привлекли мое внимание. Насторожившись, я подошла к хлипкой деревянной двери и заглянула в щель между неплотно прилегавшими досками.

Тот, кого я искала, корчился на полу от боли. Дроу был в сознании. Валялся в ворохе тряпок у ног двоих жирдяев, а те обсуждали его так, будто он их не слышит.