ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первый том:
Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика.

Переднее колесо у второй телеги обоза было закреплено криво. Не сказать чтобы сильно, обод гулял на пол-ладони, телега катилась себе и катилась, и до места, скорее всего, докатится без приключений, вот только глаз у Корша начал дергаться еще в лагере, до выхода, и за половину дневного перехода дергаться так и не перестал. Хозяин телеги шагал рядом с этим безобразием и в ус не дул, ему хоть бы что, а Корш плелся в двадцати шагах позади, смотрел, как обод на каждом обороте виляет в сторону, и боролся с желанием догнать, остановить обоз и, нет, не оторвать это колесо, а приладить его на место.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Место для приготовлений нашлось ниже по склону, ручей там выкатывался на перекат, под берегом лежала глина, а валунов вокруг накидано на любой вкус. Разложился я на полную и под удивленным взглядом Кейна взялся за дело, он комментировал каждое мое движение и строил догадки одна другой нелепее, а я наконец проверял старую идею, дробление камня бухляком было задумано еще при первом знакомстве с этим растением, но тогда все прутки ушли на стрелы.

Крупный валун с трещиной отыскался быстро, и я насовал в эту трещину палочек, битком, сколько влезло, и подбил обухом поглубже.

— Ну? И чего, теперь поджигать будешь? — прищурился Кейн.

— Зачем? — не понял я.

— Ну а как, камень разогреется, бухляк-то, пока сухой, горит неплохо. — спокойно проговорил охотник, — А дальше водой окатишь, вот он и треснет. Только сразу говорю, не сработает, камню надо много раз так нагреться, да и с широкой трещиной такое не проходит. Проще уж выходы забить и поджечь, тоже, кстати, вполне рабочий метод. Но не засчитается, в нашем споре важно именно разрушить.

— Помню, — улыбнулся я, взял фляжку и плеснул водой на торчащий из щели пучок.

Поначалу ничего особенного не происходило, набухали лишь свободные концы снаружи, и Кейн уже открыл рот для очередной шпильки, но тут в глубине камня послышался протяжный треск. Валун помедлил, будто решал, стоит ли позориться при свидетелях, затем громко крякнул и распался на две половины.

— Как вернемся, сразу баньку топи, — подмигнул я Кейну, хотя на самом деле у самого от сердца отлегло. Способ-то непроверенный, мало ли, куда именно бухляку вздумалось бы распирать, мог ведь выдавиться из щели наружу зеленой губкой, и весь фокус. А вот если добавить каплю Основы да начертить накопитель, выйдет вообще сказка, разопрет и сильнее, и быстрее.

Метод этот, к слову, древнее некуда, и называется он расклиниванием. У нас в прежнем мире так кололи камень задолго до всякой стали, и лучше всех наловчились египтяне. Да, многие свято верят в то, что там приложили руку инопланетяне, летали там на своих тарелках и шпуляли по камню лазерами, но сдается мне, механизмы там были чуть более примитивные и при этом не менее гениальные.

Эти ребята размечали гранитную глыбу и высверливали вдоль разметки ряд лунок, причем сверлили медными трубками, коронками по-нашему, с подсыпкой из песка. Медь мягкая и гранит ей не по зубам, зато песок под кромкой грыз его за двоих.

В лунки загоняли сухие деревянные клинья и поливали их водой, а дальше можно было спокойно уходить пить пиво, дерево набухало само и рвало гранит ровно по разметке, без единого удара молотком. Так добывались заготовки для обелисков, каменных игл весом в сотни тонн, и вообще тех кто верит в инопланетян вполне можно понять.