ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Журналистка Рика загорается идеей написать серию статей о Манако Кадзии — женщине, которую подозревают в вымогательстве и убийствах собственных поклонников. Она окружала мужчин заботой и любовью, кормила домашней едой, жила на их деньги… а потом они умирали. Но общественность удивляют не столько сами преступления, сколько внешность убийцы: ее полнота никак не вяжется с образом роковой содержанки. Журналистка хочет выяснить, в чем секрет Кадзии, почему ее любили мужчины, откуда у нее такая уверенность в себе?
Чтобы подступиться к загадочной преступнице, Рика просит у нее рецепт говяжьего рагу, которое один из убитых ел прямо перед смертью. В ответ женщина требует, чтобы Рика тоже начала готовить. Пытаясь втереться в доверие к Манако, журналистка не замечает, как сама оказывается в паутине манипуляций и лжи, постепенно теряя контроль над собственной жизнью…
История домохозяйки-убийцы, основанная на реальных событиях.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Только и твердит: еще не время, давай подождем, положимся на естественный ход вещей и все в таком духе. Словно считает, что если обнаружится какая-то проблема с его здоровьем — всё, его жизнь кончена. В последнее время я уже думаю, что, может, было бы лучше завести ребенка самостоятельно…

Рика ощутила острое разочарование в самой себе, когда осознала, что мысленно пытается придумать хоть какое-то оправдание Рёске: мол, у него есть свои причины, наверняка он очень устает на работе, или, может, Рэйко что-то не так поняла… Ей не хотелось испытывать негатива к Рёске. Но одновременно Рика понимала и то, как давит на ее подругу мир, бесконечно потакающий мужчинам.

— Кажется, была такая старая сказка, помнишь? Женщина, которая очень хотела ребенка, отправилась в далекие долгие странствия. В пути она то в лесу, то на дне озера, то еще где-нибудь находила части тела — ручку, ножку и так далее. Собирала их, пока не получила целого настоящего живого ребенка. И жили они долго и счастливо. Ни слова об отце ребенка — но концовка все равно хорошая.

Картинка представилась Рике необыкновенно отчетливо — Рэйко в плаще с капюшоном прилежно собирает в лесу детские ручки-ножки. Образ совершенно не показался ей жутким. Это было как-то очень в духе Рэйко.

— Кусочки свиного филе, — неожиданно выдала Рэйко. Рика не сразу поняла, что к чему, поэтому молча ждала продолжения фразы. — Для сюмая я смешиваю фарш с маленькими кусочками филе. Плюс туда же замешиваю побольше мелко порубленного лука-порея. Заворачиваю в оболочку, варю на

пару́, а потом охлаждаю. Кусочки лука в начинке тают. А чтобы сюмай получался сочным, мягким и чуть сладковатым на вкус, я повторно держу его на пару́.

— Приготовь для меня в следующий раз, — попросила Рика, и Рэйко наконец улыбнулась. — Все-таки ты права, вопросы о готовке имеют просто волшебный эффект на тех, кто любит кулинарию. Достаточно спросить: «Как ты приготовил это блюдо?» — и дело в шляпе.

— Может тебе пойти на кулинарные курсы? — К Рэйко вернулся ее привычный озорной тон, и на сердце у Рики стало легче.

— Я-то? Да куда уж мне! Я и овощи толком не могу почистить.

— Потому я и предлагаю. Если будешь обсуждать с Манако лишь вкусную еду — рано или поздно разговоры зайдут в тупик. Ты ведь все на лету схватываешь. Под руководством профессионала быстро всему научишься. Если соберешься пойти на такие курсы — я составлю тебе компанию.

Если уж и идти на кулинарные курсы… Тут Рике представлялся лишь один вариант.

* * *

Весь день она собиралась купить новое нижнее белье, но так и не нашла на это времени. А ведь ей так хотелось выглядеть безупречно. Забронировать номер в отеле «Парк Хаятт» не удалось — не из-за цены, а потому что ко Дню святого Валентина все номера расхватали.