Но постоянно видеть этого человека, держать его рядом с собой в качестве личного водителя он уже не мог. Это, в общем-то, понятно. Голдобов переводит Пахомова на другую работу, не столь легкую, не столь почетную. Переводит, кстати, в полном соответствии с действующим законодательством. И тут выясняется, что Пахомов действовал не в одиночку, а вкупе со своими давними приятелями — Заварзиным, Махначом, Подгайцевым и Феклисовым. Такая вот сложилась теплая компания. Деньги, преступным путем полученные от Голдобова, они делили между собой. Кроме того, упомянутые лица организовали авторемонтный кооператив. Естественно, им потребовались запчасти. Где их взять? Опять приходит на выручку Пахомов — он свой человек в автобазе управления. Аппетит, как говорится, приходит во время еды.
— Совершенно правильно, — сказал Сысцов. — Полностью с вами согласен. Обратите внимание, Павел Николаевич не вдается в мелкие, незначительные подробности, он мыслит крупно и социально. Это именно то, чего всем нам не хватает в работе с людьми. Путаемся в параграфах, статьях, инструкциях... Да, это все необходимо, но совещания подобного уровня, — он обвел всех отцовским просветленным взглядом, — требует углубленного подхода. Надо видеть суть событий, а не их... — он помялся и, не найдя нужного слова, обернулся к Пафнутьеву. — Простите меня... Продолжайте.
— Как всегда бывает в таких случаях, кто-то нарушает договоренность. Приятели выяснили, что Пахомов их обманывает, что часть денег, предназначенных для всех, попросту присваивает. Они несколько раз предлагали погасить долг, но он не придавал слишком большого значения их требованиям, пренебрег угрозами. И напрасно. Они его убили. Об этом говорить подробно не буду, об этом весь город знает.
— Как всегда бывает в таких случаях, кто-то нарушает договоренность. Приятели выяснили, что Пахомов их обманывает, что часть денег, предназначенных для всех, попросту присваивает. Они несколько раз предлагали погасить долг, но он не придавал слишком большого значения их требованиям, пренебрег угрозами. И напрасно. Они его убили. Об этом говорить подробно не буду, об этом весь город знает.
— До сих пор письма идут, — кивнул Колов. — Требуют покарать убийц.
— А это ваша вина, — живо обернулся к нему Сысцов. — Вместо того, чтобы сразу объяснить жителям, что произошло, как понимать это происшествие, кто погиб, от чьей руки, по какой причине... Вы жалуетесь на то, что от вас требуют объяснений! Так объясните!
— Теперь, когда следствие закончено, мы обязательно это сделаем, — заверил Пафнутьев. — Раньше было бы преждевременно. Все-таки тайна следствия должна соблюдаться.
Колов благодарно взглянул на Пафнутьева, показав поднятый вверх большой палец — молодец, дескать, вовремя поддержал.






