ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

А потом пришел ответ. Боги ответили на мой призыв. Оконная створка вдруг с грохотом распахнулась, и в комнату, бесшумно взмахивая крыльями, влетела та огромная летучая мышь, которую я последний раз видел висящей на подбородке мертвого евнуха, когда мы с Клеопатрой были в недрах пирамиды Херу. Трижды она облетела комнату, потом зависла над мертвой Ирас, а после порхнула к умирающей Клеопатре и опустилась ей на грудь, вцепившись в изумруд, извлеченный из мумии Менкаура, где покоился много тысячелетий. Трижды это белое воплощение ужаса громко вскрикнуло, трижды ударило перепончатыми огромными крыльями и – о чудо! – исчезло, как будто его и не было.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Я хорошо это знаю, – ответил я. – И я заслужил эту страшную участь и жду.

– Расскажи нам подробнее, лекарь, бывший Гармахисом, как все произошло.

И холодными, спокойными, четкими словами я рассказал им о своих преступлениях, ничего не скрывая. И, рассказывая, я видел, как мрачнели их лица, и понял, что милости они не явят. Но я и не просил ее.

Когда я наконец закончил, меня вывели в соседний зал, и владыки начали держать совет. Вскоре меня привели обратно, и самый старый, девяностолетний жрец храма божественной Хатшепсут в Тапе, всеми почитаемый, заговорил ледяным голосом:

– Мы обсудили то, что ты нам сообщил, Гармахис. Ты трижды совершил смертельный грех. Ты повинен в несчастьях, павших на Кемет, порабощенный ныне римлянами. Ты оскорбил Божественную Мать Исиду. И ты нарушил священную клятву. Тебе известно, что за все эти преступления положена лишь одна кара, и мы приговариваем тебя к ней. И наше решение не изменит ни то, что ты убил ту распутницу, соблазнившую тебя и заставившую свернуть с пути благодетели, ни то, что ты признаешь себя самым подлым злодеем, который когда-либо вступил в эти священные стены. Проклятие Менкаура падет на тебя, нарушивший священные обеты жрец, продавший свою отчизну египтянин, опозоренный и развенчанный фараон. Здесь, в этом священном храме, где мы возлагали на твою голову двойную корону Верхнего и Нижнего Египта, мы приговариваем тебя к казни! Ступай в темницу и жди своей участи! Помни, кем ты мог стать и кем ты стал, сравни утраченный блеск с бесславным концом, и пусть боги, почитание которых из-за твоих злодеяний, быть может, скоро навсегда прекратится в египетских храмах, окажут тебе милость, проявят к тебе милосердие, в котором мы отказываем тебе! Уведите его!

И меня повели прочь. Я шел с опущенной головой, но чувствовал на себе их испепеляющие взгляды.

Никогда за всю свою жизнь я еще не испытывал такого мучительного позора!

Глава X

О последних записях Гармахиса, царственного египтянина

Меня отвели в тюремную камеру, которая находилась на самой вершине могучего пилона, где я и стал дожидаться своей участи. Я не знаю, когда опустится меч Судьбы. Недели сменяются неделями, за месяцами следуют месяцы, но казнь все откладывается. И все же Рок незримо витает у меня над головой. Я каждую минуту знаю, что меч падет, но когда это случится, мне неведомо. Быть может, однажды в глухой час ночи меня разбудят тяжелые шаги палачей. Быть может, они уже спешат ко мне. А потом меня ждет иная, тайная, гробница! Ужас! Гроб, на котором не будет начертано имя того, кто в нем покоится! Это свершится. Так пусть же скорее! Смерть, я жду тебя, поспеши!

Я все записал. Ни о чем не умолчал, ни о содеянном мною зле, ни о свершенной мести, которой покарал виновников.