ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он пережил битвы. Переиграл царей. Но теперь ставка — сама эпоха. Артур Найденов, офицер ГРУ, застрявший в жестоком мире хеттов и хурритов, больше не беглец. Он — сила, с которой считаются. Его лагерь превратился в крепость, союзники — в армию, а имя — в легенду. Но древний мир не прощает возвышения чужаков.Когда жребий брошен и стены Митанни дрожат под натиском врагов, остаётся один вопрос: Можно ли спасти будущее, разорвав прошлое?

Я, Найденов Артур Владимирович, выпускник Военной Академии и действующий офицер спецназа ГРУ МО РФ был послан на Западную Украину с целью выявить и наложить метку на секретный объект. Задание выполнил, но во время уничтожения объекта, произошёл квантовый сдвиг, забросивший меня в далёкое прошлое, задолго до нашей эры. Со мной в прошлое попали несколько украинцев — девушка Ада, офицеры СБУ Данила и Андрий, археолог Саленко Виктор. Поняв, что выжить сможем только вместе, мы двинулись на юго-восток. Добрались до изолированной деревушки Халов на юго-западе территории Турции в моём старом времени.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Белобородый даже привстал от удивления. Я быстро зачерпнул коричневой мази и намазал обе руки. Поставив бутыль на землю, поднял обе руки, демонстрируя всем, что они полностью покрыты мазью.

По толпе прошёл гул: на меня смотрели как на сумасшедшего. Я поймал удивлённый взгляд Этаби, и лишь потом пришла мысль, что Гиссам и его подручные могли подмешать яд в мазь уже задним числом. По спине покатилась струйка пота от мысли, что убийцы могли подмешать яд, чтобы придать убедительности своим словам. Ведь Гиссам говорил, что лекари определили яд в снадобье. Это мог быть блеф, но могло быть и правдой.

Мучительно тянулись минуты, но кроме лёгкого жжения кожи, я ничего не ощущал.

— Эрби, — голос белобородого прозвенел в тишине, — как быстро умер сын Артадама?

— Очень быстро, — пролепетал претендент на трон. Он, как и все остальные, ждал, что я свалюсь на землю в судорогах. Но время шло, задние ряды собравшихся вполголоса обсуждали мой поступок, а «окисаги» не сводили с меня глаз. Увидев, что моя тень на песке значительно переместилась, я обратился к старейшинам:

— Это безобидное снадобье, и не оно убило правителя Шутарну. Я непричастен к его смерти, клянусь Тешубом и священными быками Уйре и Сейре.

«Окисаги» совещались недолго: говорить поручили белобородому.

— Арт из Русов не виновен в смерти Шутарны сына Артадамы. Любой, кто не согласен с этими словами, будет изгнан вместе с семьёй из земель хурре. Любой, кто ещё раз назовёт Арта убийцей Шутарны, может быть вызван на поединок чести, и его убийство не будет считаться преступлением. Мы все сказали!

Я еле стоял на ногах от напряжения, руки ещё продолжали слегка гореть, но других симптомов не наблюдалось.

Эрби и Гиссам первыми покинули пхегат, сбегая во дворец словно зайцы.

— Арт, — позвал меня белобородый, — я дед Ахбухча. Мой внук много рассказывал о тебе, ты достойный мужчина, да поможет тебе Тешуб на твоём пути.

Ответить мне дали, остальные «окисаги» увлекли белобородого во дворец, где по традиции их ждало угощение за праведные труды.

Глава 20

Прошло три дня после пхегата, нас никто не тревожил. На четвёртый день пришёл посыльный от Эрби: меня вызывали во дворец. Этаби на месте не оказалось, пришлось идти одному. Шулим сразу собрал эскорт, хотя Вешикоане был в курсе моей непричастности к смерти Шутарны.

— Я ему не доверяю, — заявил мой командир, отбирая воинов для моей охраны. К дворцу я подошёл в сопровождении десятка воинов во всеоружии. В отличие от времён Шутарны, система охраны изменилась: первый пост стражи встретил перед воротами, попросив охрану подождать снаружи.

— Шулим, ждите здесь, — командир моего спецназа согласился с явной неохотой. По его лицу было видно, что он с больши́м желанием разоружил бы охрану дворца.