Если внимательно присмотреться, туземцы мало чем отличались от сангаров или хурритов. Косматые волосы на голове, грязные всколоченные бороды, густые брови. Одеты немного хуже, но это и понятно. Месопотамия развивалась не изолированно, к ним поступали товары со многих областей и прилегающих территорий, включая Египет.
— Приставь к ним стражу, покорми, дай воды, попробую потом поговорить, — поручил Ахбухчу, отправив Шулима проверить дозоры по периметру. Через пару часов наступит темнота, надо ещё успеть собрать хворост, выброшенный морем на берег.
Уже в темноте, когда мы успели поужинать, появился Ахбухч, ведя связанного пленника.
— Он всё время что-то говорит, — пояснил хуррит, показывая на пленника.
— Как называется ваш народ? — спросил я на хеттском, потом хурритском. Пленник лопотал в ответ, издавая гортанные звуки, но никто его не понимал. Ахбухч задал тот же вопрос на сангарском. После пробовали на эламитском, эсорском, касситском и даже на языке аромеев.
— Я знаю, как узнать кто они, не мешайте мне, — протиснулась вперёд Ада. Она дотронулась до себя и несколько раз произнесла слово «Ада».
— А -да, — повторил пленник и даже изобразил улыбку. Дотронувшись до своей груди, мужчина выдавил из себя:
— Гарр.
— Его зовут Гарр, — радостно вскрикнула моя жена, но стушевалась под моим вопросом:
— И что нам это даёт, мы же хотели узнать, что за племя здесь обитает?
— Минутку, — Ада широким жестом обвела сидящих у костра, произнося «Хурре».
Как ни странно, пленник её понял. Он мотнул головой в темноту, откуда его привёл Ахбухч и произнёс:
— Лег!
Дальнейшие попытки поговорить провалились: или мы не так задавали вопросы, используя язык и жесты, или Гарр нас просто не понимал.
— Уведи его к остальным, их накормили?
— Не хуже наших, — ответил Ахбухч, дёргая пленного в темноту.
— Зачем нам знать кто они? — Этаби массировал раненое плечо, — перебьём всех, кто на нас нападёт и пойдём дальше.
— А если их будет сотни, тысячи? Будем убивать? Мы идём, чтобы жить свободно, не будем лишать этого права других.
— Ты прав, Арт, — заговорил хуррит после некоторого молчания, — пусть живут. Но если будут нападать, пожалеют.
Второй и третий день отдыха прошли без приключений. За время отдыха подлатали пару повозок, некоторых волов пришлось заменить теми, кто пока не шёл в упряжке.
Саленко все два дня провёл рядом с пленниками, стараясь понять их язык. Поняв, что их не собираются убивать, а более того хорошо кормят, леги вели себя тихо и дружелюбно. К исходу третьего дня археолог выучил пару десятков слов их языка, Гарр, как самый развитый тоже освоил около десятка русских слов.
Утром четвёртого дня, я распорядился отпустить пленников: караван уже выстроился в походный строй.






