ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он пережил битвы. Переиграл царей. Но теперь ставка — сама эпоха. Артур Найденов, офицер ГРУ, застрявший в жестоком мире хеттов и хурритов, больше не беглец. Он — сила, с которой считаются. Его лагерь превратился в крепость, союзники — в армию, а имя — в легенду. Но древний мир не прощает возвышения чужаков.Когда жребий брошен и стены Митанни дрожат под натиском врагов, остаётся один вопрос: Можно ли спасти будущее, разорвав прошлое?

Я, Найденов Артур Владимирович, выпускник Военной Академии и действующий офицер спецназа ГРУ МО РФ был послан на Западную Украину с целью выявить и наложить метку на секретный объект. Задание выполнил, но во время уничтожения объекта, произошёл квантовый сдвиг, забросивший меня в далёкое прошлое, задолго до нашей эры. Со мной в прошлое попали несколько украинцев — девушка Ада, офицеры СБУ Данила и Андрий, археолог Саленко Виктор. Поняв, что выжить сможем только вместе, мы двинулись на юго-восток. Добрались до изолированной деревушки Халов на юго-западе территории Турции в моём старом времени.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Нам не надо всё убирать, достаточно, если ширина будет в три повозки, остальное вода сделает сама, просто придётся подождать несколько дней.

— Ты лучше знаешь, — уклонился Этаби от дальнейшего разговора. Чем больше я осматривал место, тем яснее становилось: это выход из положения. Берег реки полого спускался к югу, самая большая высота у самой воды. Эту часть разрушит течение, когда мы сроем слои, подпирающие берег.

— Пошли обратно, будем готовиться.

Пришло время поработать всем: остаток дня провели, подготавливая инвентарь. Лопаты и мотыги из моих повозок обрели временных хозяев. Часть лагеря решил перенести к месту предстоящей работы, чтобы не гонять людей по пять километров на работы. В основном лагере остались женщины, дети, пастухи и двадцать воинов для охраны. Всех остальных вместе с двумя повозками с едой и водой, перебросил к месту работы.

За работу решили приняться с восходом солнца. Второй лагерь разбили в двухстах метрах ниже изгиба русла, выбрав широкую и высокую площадку.

— У нас не получится, — Этаби сплюнул на землю, сомневаясь в моей затее.

— Ты не знаешь, что делали фараоны и китайские императоры, имея рабочую силу, — возразил Саленко, но хуррит не удостоил его ответом.

Всё оказалось не так просто, как я думал: земля с трудом поддавалась, за целый день мы смогли срыть в глубину всего два штыка. Я решил оставить полтора метра до самого берега, чтобы разрушить такую земляную плотину в последний момент. Практически все работающие не видели смысла в этой работе, недовольство нарастало. На самом пологом участке работы необходимой глубины достигли на третий день. С этого момента работа пошла быстрее: то ли люди приноровились, то ли грунт стал более мягким.

На шестой день работы я решил, что достаточно: мы вырыли огромный котлован, доходивший до трёх метров в глубину. Плотина из земли толщиной в полтора метра ещё держалась.

— Что дальше? — Уставший Этаби смахнул пот с грязного лица.

— Надо обвалить этот участок земли, и вода пойдёт, — огромный пласт земли осел в реку при моих словах, а минуту спустя, бурные воды Терека прорвали оставшийся заслон из земли, вырываясь на свободу.

— Ура, — закричал Саленко, подбрасывая вверх мотыгу. Но мы не рассчитали силу реки: проём расширялся с каждой секундой. На противоположной стороне остались двое рабочих. Один соскользнул вниз вместе с куском земли и исчез в бурном потоке, уносящемся на юг.

Ширина пролома достигала двадцати метров и ширилась.

Этаби схватил моток верёвки, обвязал один конец камнем и метнул через новое русло:

— Обвяжи вокруг пояса! — Пришлось повторить дважды, воды Терека с шумом уходили через новое русло. Мужчина понял, торопливо обвязавшись верёвкой, поднял руку, давая понять, что он готов.